Преданная. Невеста (СИ)

Между нами с Русланом Смолиным уже столько всего намешано, но сейчас я возвращаюсь в то время, когда он был просто ее отцом. По-своему любящим. Давящим. Косячным. Пугающим меня и обожаемым ею, пусть она и постоянно на него бурчала.

А еще я впервые так красочно вижу ее драму. И впервые не считаю ее в чем-то уступающей драме каждого из нас.

У Лизы очень рано умерла мама. Занятой бизнесмен-отец не способен уделять ей столько времени, сколько требует ее внутренний одинокий ребенок. Откупается строгостью и деньгами, хотя ей нужно совсем не это.

Ее все бросили. И среди всех ее бросила я.

Слава не просто против. Он, скорее всего, считает, что я должна успокоиться и лечь спать. Но и останавливать не пытается.

Мы спускаемся на паркинг и садимся в его машину. Решение так и не дописано. Спать я больше не хочу.

Всю молчаливую дорогу прокручиваю в голове ту жесть, которую мы с Лизой друг другу устроили. И стараюсь хотя бы не плакать.

Как только останавливаемся напротив нужных ворот, дергаюсь к ручке, но Слава тормозит меня, придерживая за колено.

Я поворачиваю голову. Смотрит очень серьезно.

– Я буду осторожной.

Хочу выйти поскорее, но Слава сильнее сжимает.

Мотает головой и требует смотреть адресно. Проговаривает четко:

– Не верь ему. В этом тоже не верь.

Внутри волной переживаемого волнения поднимается тошнота. Только недавно выровнявшееся дыхание снова сбивается.

– Мне не важно, что он будет говорить и делать.

– Я знаю. Но ему не верь.

Рука судьи съезжает с моего колена. Он тянет меня к себе за затылок и целует в губы. Чуть отстранив, удерживает. Смотрит в глаза и просит ими еще раз верить ему одному.

Я знаю, что сегодняшний вечер совсем не ложится в наш план, но…

— Езжай. Чтобы он не видел.

Прошу и выскакиваю из низкой машины. Перебегаю дорогу по зебре.

Я знаю, что Слава может оказаться прав. И что даже в условиях, когда дочь поступила в больницу с передозом, Смолин не станет вдруг хорошим человеком, но не поехать я не смогла бы.

Прохожу через ворота и вижу, как навстречу на крыльцо выходит человек.

Узнаю Смолина. Он напоминает мне грозовую тучу. Плечи и голова поданы вперед. Движения резкие.

Он спускается по лестнице, чиркая зажигалкой. Затягивается, направляясь ко мне.

Я даже сквозь темноту чувствую, как напряженный взгляд разрезает пространство между нами. Раньше испугалась бы. Сейчас мне все равно, как он смотрит. О другом думаю.