Преданная. Невеста (СИ)

Глазами спрашиваю: а ты узнаешь?

Он не отвечает. Своими требует. Внимания. Подчинения. Я еще не знаю, что должна сделать, но мне это уже не нравится.

– Ты спустишься, тебя встретит Илья.

– Нужно напоследок еще раз сыграть, Юля. Свадьбу. Не со мной. Сегодня все должны увидеть, как ты выходишь замуж за Илью Крапивина.

Описать мой шок вряд у кого-то получилось бы.

Гул в ушах мешает продолжать слушать. Соображать тоже.

Я увожу взгляд в сторону, просто потому что не могу попросить Славу остановиться и переждать.

Пытаюсь вытащить свои похолодевшие пальцы из его рук, он придерживает.

Я хочу продышаться. Получается не сразу.

Возвращаюсь к его лицу с оставшимся актуальным:

И вместо внятного ответа получаю закономерное:

– Так надо, Юля. Доверься. Я тебя люблю.

Я не могу сказать, что чувствую, будто приняла решение. Но Слава и не ждет однозначного согласия. В мой лоб впечатываются губы. Они прижаты долго. До момента, когда мое дыхание начинает частить.

Оторвавшись, Слава мажет взглядом по моему лицу и больше не смотрит.

Мы выходим из номера за руку. Я чувствую себя куклой. Я ни черта не понимаю.

Илья Крапивин ждет меня под лестницей. В смокинге и с бутоньеркой, которую вставить должны были в петельку Славы.

Позволяю передать себя другому. Они обмениваются взглядами. Кивают друг другу. У Крапивина оказывается сильный хват. Уверенный шаг.

Он улыбается мне и дальше тянет уже за собой.

Зал встречает нас взрывом аплодисментов от людей, которых я не знаю. Никого не узнаю. Перед глазами мелькают слишком широкие, слишком белые, слишком яркие улыбки.

Уши режет громкий и неправдоподобно радостный голос свадебного распорядителя.

Я борюсь с туманом в голове и желанием защипать себя до кровавых ран. Это же сон? А как проснуться?

Слава же не мог… Меня… Отдать…

Я кручу головой. Смотрю вокруг. Узнаю подошедшего к нам Аркадия Власова с женой. Вижу Кристину. Эдуарда.

Не вижу только Славы.

Мне в руку вставляют букет, который я забыла в номере. Но мне не он нужен, а телефон. Мне надо Славе позвонить.

– Позволь, девочка моя, я сегодня выступлю в роли твоего отца? – Все мое рассеянное напрочь внимание заключается на какое-то время в одном человеке.

Аркадий спрашивает и ждет ответа с мягкой улыбкой.

Выставляет локоть, за который я должна бы ухватиться. Рукой указывает на арку.

Илья успел к ней подойти.

Смотрит на меня и снова улыбается. А я не могу в ответ. А я должна была идти к ней одна. И не к нему.

– Малыш, давай. Так сейчас надо.