Преданный враг

Он покосился круглым глазом на пьяного и возмущенно зацокал.

– Братуха, хорош бухать уже! – сердито ворчал и Фил. – Просандалил, наверное, штук сто, да?! Завтра же будешь жалеть! На-ка вот, нюхни…

Он вытащил из кармана клочок ваты и флакон с нашатырным спиртом – с ними он в последнее время не расставался. Сноровисто плеснув на ватку из пузырька, Фил сунул ее под нос Саше.

Белый жалобно вздыхал и охал, мотал головой, но все-таки послушно нюхал ватку.

– Давай, давай – в себя придешь! – подбадривал его друг.

– Фил, ну ты садист, блин! – простонал Белов, мотая головой.

– Вот сам бы понюхал! – посчитав процедуру законченной, он решительно отпихнул руку друга.

Фил повертел в руке ватку, не зная, куда ее деть, и попытался засунуть ее меж прутьев клетки.

– Ты что Фил, не обижай птичку! – Белый вскинулся и оттолкнул его руку. – Птичка, она же… А как вас зовут, птичка?

Он наклонился к попугаю – тот отпрянул в дальний угол клетки, громко и разгневанно застрекотав. Саша повернулся к другу и приложил руку к груди:

– Вот я тебе честно скажу, Фил, – птичку мне жалко.

А человека мне не жалко! – Белов отчаянно помотал головой. – Потому что человек – тварь! Мне для человека даже пули не жалко. А птичка летает себе в небе… и мне ее жалко, понимаешь? – в его глазах блеснули пьяные слезы. – Потому что птичка – божье создание, ты понимаешь меня, Фил?

– Понимаю, как не понять! Ну ты как, получше?

– Нормально… А давай ее выпустим, а? – вдруг загорелся нелепой идеей Белов. – Пусть себе летает!

– Нельзя, Сань, пойдем… – Фил помог другу подняться и направил его к лестнице на первый этаж.

Спускаясь по ней, Белый оступился и непременно загремел бы вниз, если б не мгновенно подхватившая его рука Фила.

– Братуха, ты в порядке? – озабоченно спросил он.

– Нормально… – снова кивнул Белый.

– Ну все, тогда поехали.

– Что значит – «куда»? Домой.

– Ты что? Как это домой? Теофило, что это вообще за дела?! – принялся возмущаться Белый. – Ты что это мною командуешь?!

– Сань, да с чего ты взял? – сделал недоуменное лицо друг.

– Ты же сам сказал: «Едем домой».

– Я сказал? Точно? Ты не лепишь? – недоверчиво прищурился Белый и погрозил другу пальцем. – Смотри, Фил, если обманываешь, я… Я тебя породил, я тебя и убью…

– Убьешь, убьешь… Все, Сань, правда – хорош бухать!

– Да, я тоже так считаю… – немедленно согласился Белов. – Сейчас вот только в бар зайдем…

– Сань, если в бар, – то только чай или кофе! – решительно возразил Фил, не выпуская из руки локоть Белова.