Преданный враг

Он обернулся назад и сквозь стеклянные двери увидел Анну. Девушка вертела в руке бокал, чуть касаясь им своих чувственных, ярко-накрашенных губ. Ее откровенный взгляд заставил Белого остановиться.

Через секунду он решительно сбросил с плеч пальто.

– Нет, Фил, – на его хмурое лицо вновь выползла блудливая улыбочка. – Не поехали…

А в это время неподалеку, в каких-то двух-трех кварталах от казино, в модном ресторане прожигал жизнь Космос Юрьевич Холмогоров.

Он был, как всегда, один. Заперся в отдельном кабинете и приступил к своей обычной программе.

Потом он потребовал девок. И три полураздетые проститутки с Тверской водили хоровод, послушно распевая про маленькую елочку, которой холодно зимой… Они с откровенным страхом смотрели на своего диковатого вида клиента, дирижировавшего надкушенным бананом и пистолетом, мечтая лишь об одном – как бы поскорее отсюда убраться.

Потом он выгнал всех и, уронив голову на стол, плакал о своей загубленной жизни… И снова был кокс – две белые дорожки, как рельсы, ведущие его поезд к пропасти.

С ним перестали считаться все его знакомые, даже для друзей он стал балластом, обузой, и это доставало его больше всего. Нежели он годится только на то, чтобы быть шестеркой?

Космос покинул ресторан под утро, когда уже начало светать. Он бешено гнал свой «мерин» по пустынным улицам, безжалостно подрезая редкие в этот час автомобили.

Вдруг через дорогу, наперерез его машине, метнулась угольно-черная кошка. Космос, не раздумывая, ударил по тормозам. «Мерседес» остановился в метре от роковой траектории, по которой кошка перебежала дорогу. Оказавшись на другой стороне улицы, зверюшка замерла, настороженно поглядывая на остановившуюся огромную машину.

Медленно и неуклюже Космос вылез из салона «мерседеса». Его пальцы сжимали рукоять «Стечкина».

– Эй, ты куда рванула-то? – заплетающимся языком крикнул он кошке. – Ты вообще соображаешь, что ты делаешь, а? Ты кого тормозишь? Это же твой Господь Бог едет! Я один решаю – жить тебе на этом свете или нет! Ты поняла? Я освобождаю мир от таких гадин, как ты! – медленно подняв пистолет, он закончил надменно и торжественно: – А ну, признавай, тварь, Бога своего!

Громыхнул выстрел. Кошка испуганно присела и метнулась в сторону.