Преданный враг

– Твое здоровье, сынок, – Юрий Ростиславович положил руку на здоровое плечо Космоса. – Ты не пугай меня больше так, да и друзей своих – тоже.

– Это точно, – поддакнул Саша. – Меня трясло просто, пока до «Склифа» летел…

Все трое дружно приложились к бокалам. Промокнув салфеткой рот, Юрий Ростиславович смущенно откашлялся.

– Тут у нас акустика хорошая, я пару фраз услышал… Можно я вам расскажу притчу одну, мне ее еще году в пятьдесят восьмом рассказали, а я на всю жизнь запомнил… Две лягушки попали в кувшин с молоком.

Слышали? Нет? Так вот, одна из них сказала: все, нам не выбраться, бороться бессмысленно – и утонула. Вторая сказала: ну нет, я просто так не сдамся – и всю ночь плавала, била лапками… А к утру она сбила из молока масло и выбралась. Вот так.

Саша усмехнулся и вдруг поймал взгляд Космоса, адресованный отцу – непривычно теплый, почти ласковый. Юрий Ростиславович снова откашлялся и достал сигарету.

– Вот такая притча, – пробормотал он и повернулся к Белову. – Саш, дай зажигалку.

Тот запустил руку в карман пиджака. Зажигалка оказалась под какой-то плотной, в несколько раз сложенной бумагой. Без всякой задней мысли он вытащил на свет мешавшую бумагу.

.Это была карта Чечни, испещренная синими карандашными пометками.

Прошло почти три недели. За это короткое время многое изменилось, и в первую очередь – Космос. Все его загулы остались в прошлом, он стал тише воды и ниже травы. Похоже, он отказался даже от кокса – во всяком случае, с этой дрянью его больше никто не видел.

Космос снова стал интересоваться делами Бригады. Вот уже вторую неделю, не слишком ловко ковыляя на костылях, он каждый день приезжал в офис и со старательностью прилежного ученика вникал в новые для себя дела. О своем отношении к проекту «Привет, оружие!» он больше и не заикался. Вероятно, он задался целью доказать друзьям, да и самому себе, наверное, что крест на нем ставить еще рано. Так это было или нет, но все были искренне рады этим неожиданным переменам.

Покончил с пьянкой и Белый.

Но с ним была совсем другая история. Он на всю катушку закрутил роман с Анютой. Целыми днями он безвылазно торчал у нее дома, в конторе почти не показывался, а если и появлялся на часок-другой, то был задумчив и немногословен. Он словно размышлял над какой-то важной проблемой, но делиться своими сомнениями ни с кем не хотел.

Такое его поведение всерьез беспокоило Фила. Он опасался, что Белов запал на эту актрисульку капитально, не на шутку.