Когда я произнесу их снова, я сделаю это должным образом, и за этим не последует прощания.
Я вздыхаю. — Тебе лучше идти.
Она грустно улыбается мне, когда я отхожу.
Она скрывается в своей комнате и быстро возвращается, одетая в черное летнее платье, таща за собой розовый чемодан.
Я бросился за ней и схватил сумку, чтобы спуститься следом, и поставил рядом с ней, пока она обувалась в свои блестящие босоножки. Я опираюсь на дверной косяк и смотрю, как она открывает дверь Фрэнки. Меня бесит, что он может выглядеть таким счастливым, когда я чувствую себя так дерьмово.
Он с широкой улыбкой приподнимает свои очки авиаторы.
— Роза! — он раскрывает для нее объятия, но она ныряет под них, волоча за собой чемодан.
— Я просто хочу уйти, — пробурчала она, не оборачиваясь на меня.
Я проглотил боль.
Фрэнки наблюдает, как она бросает свой чемодан на заднее сиденье, садится следом и хлопает дверью.
— Я так понимаю, мне предстоит налаживать отношения по всем фронтам, — Фрэнки качает головой.
Он причинил ей боль.
Ему придется снова заслужить ее доверие. Так же, как и мое.
— Присмотри за ней, Фрэнки.
Я захлопываю дверь и прислоняюсь к ней. В доме слишком тихо, чтобы оставаться здесь наедине со своими мыслями. Здесь уже пусто без нее.
Я не могу с этим справиться. Она повсюду в моем доме. Каждый раз, когда я оборачиваюсь, я вспоминаю о ней. Даже с этими дурацкими резинками для волос, которые повсюду. Ее духи. Ее любимый карамельный сироп.
Мне нужно напомнить себе, почему я подвергаю себя этой пытке.
Итак, вот я здесь, стучу в парадную дверь моего брата в восемь вечера.
Я не могу избавиться от того факта, что, по-моему, я видел Антонио, прячущегося в тени дальше по дороге, когда я подъезжал.
Напоминание об угрозе, которая нависла надо мной.
Дверь распахивается, и Келлер встречает меня с маленькой Дарси на руках. На его лице вспыхивает беспокойство.
— Все в порядке?
Я захожу внутрь и вижу, что Сиенна гоняется за Максом по дому, его смех наполняет комнату.
— Тебе нужно почистить зубы, молодой человек! — строго сказала она, поймав его.
Мы с Келлером оба усмехаемся.
— Выпьешь? — он кричит через плечо.
— Пожалуйста, что-нибудь чертовски крепкое, — я следую за ним на кухню.
Он передает Дарси в мои объятия. Я крепко прижимаю ее к себе и целую в макушку ее черные кудри.
Пока Келлер наливает ""Макаллан"", я расхаживаю по кухне, подбрасывая Дарси вверх-вниз, а она хихикает. На мгновение моя боль уменьшается.
— Дядя Лука всегда защитит тебя, — шепчу я.
