Ты хочешь уничтожить Романо — он твой.
Я чувствую, как мои щеки горят. — Я не могу позволить тебе сделать это, это все моя вина. Я должна быть здесь ради Евы. Ты должен быть здесь ради своей семьи.
— Роза, — он сурово смотрит на меня. — Думаю, я достаточно ясно выразился. Мой мир вращается вокруг тебя.
Обеспечение твоей безопасности — мой приоритет. Мне вообще не следовало соглашаться жениться на Марии. Я знал, что мое сердце принадлежит тебе. Просто думал, что однажды смогу получить все. И, оказывается, что это возможно.
Потому что, ты, Роза, это мое всё, что нужно для счастья. Мы можем, наконец, жить той жизнью, о которой мечтали.
Грейсон откашлялся. — Мы позаботимся о вашей безопасности, чтобы вы оба могли вернуться домой.
Фрэнки хрустит костяшками пальцев. — А я убью Романо. Я ждал этого десять долгих лет. Этот ублюдок заплатит.
Лука грустно улыбается ему, но быстро берет себя в руки. — Я имею в виду, я буду валяться на белом пляже в Греции с любовью всей моей жизни. Не торопись.
Я не могу не испытывать жалости к Келлеру, который сидит там с мрачным лицом и наблюдает за происходящим.
— Келлер? — мягко зовет Лука. Я смотрю на Фрэнки и киваю на дверь. Этим двоим нужна минутка. Они только что потеряли свою маму, а теперь Лука уезжает.
Келлер растирает лицо. Я тихонько соскальзываю с колен Луки, и он ловит мои руки. Поворачиваясь к нему, я мягко улыбаюсь. — Тебе нужно поговорить со своим братом, Лука.
Он кивает и садится обратно, а Фрэнки и Грейсон встают, чтобы направиться к двери.
— Я возвращаюсь к своим девочкам. Грейсон отдает честь Луке и уходит.
Я нежно целую Луку в губы.
— До встречи в постели, mia vita.
ГЛАВА 82
Лука
Я не свожу с нее глаз, пока она не выходит за дверь. Хочу, чтобы она всегда была рядом.
Хватаю бутылку скотча, спрятанную в сейфе, и наливаю в два бокала.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, когда он опрокидывает стакан.
Он качает головой и хмыкает.
— А ты? — спрашивает он.
— Даже близко нет, но скоро. Я вернул мою девушку.
— Я не понимаю, почему ты должен уезжать.
Я встаю и подхожу к нему, кладя руку ему на плечо.
— Фрэнки и Грейсон смогут удержать форт. У нас есть наша армия. Я не хочу, чтобы она была здесь рядом с этим.
Он кивает. — Я горжусь тобой, брат.
Я наклоняю голову. Гордишься? Из-за меня убили нашу маму, а его самого чуть не взорвали.
— Не стоит, — я качаю головой, внезапная потребность заглушить свои чувства снова подкрадывается ко мне.
— Я буду скучать по тебе, — говорит он.
