Предатель. Цена обмана

Ильяс удерживает меня, хоть в этом нет необходимости.

Его лицо так близко. Чуть вьющиеся короткие пряди почти касаются моего лица. Под рёбрами щекотно становится.

— Аккуратнее, — произносит тихо. — Мы же не хотим, чтобы ты себе что-то повредила?

— Не хотим, — соглашаюсь глухо, мысли разлетаются.

Я будто физически чувствую взгляд мужчины. Скользит по моему лицу, оставляет за собой горящий след.

А после покалывает губы.

Он же не…

Или собирается?

Я не успеваю обдумать всё, что думаю, как Ильяс отстраняется.

— Я скоро снова поеду в Киев, — произносит совсем не то, что я ожидала. — Если ты захочешь съездить до переезда — я могу взять тебя с собой.

— Да. Я думала сделать до того, как закончится предписание. Чтобы в чужом городе не бегать от Булата.

— Хорошая мысль. Значит, поедешь со мной.

Я ещё раз киваю, не до конца уверенная, что поступаю правильно.

Как пережить эту поездку? Несколько часов в одной машине. Кто знает, что может произойти?

Глава 25

— Ты выглядишь чудесно!

Я в который раз делаю Лизе комплимент.

Бодрая, полная сил. Сидит рядом на скамейке, светится от радости. И я искренне рада за подругу.

— Хватит тебе, — отмахивается, но прячет улыбку. — Я едва справляюсь. Иногда ночью хочется отправиться обратно к Костенко и сказать, чтобы забирала ребёнка обратно.

— Костенко это твой…

— Она замглав больницы, в которой я работаю. Да. Спасает только то, что Демид сейчас тоже в отпуске.

— Не страшно было оставлять малого наедине с Демидом?

— Нет. Он отлично справляется. И старший Юсупов, и младший.

Лиза лезет за телефоном, показывает мне фотографии сына. Я улыбаюсь, вспоминая, когда Иля сам был таким крошечным.

И сердце немного режет.

Ведь…

Булат не брал отпуск для того, чтобы провести время с малышом. Не просыпался среди ночи, чтобы проверить его.

Конечно, мне помогали няни, я со всем справлялась.

Раньше я думала, что это нормально. Просто самой всё делать, потому что мужчины… Ну, они ведь не очень ладят с детьми.

А теперь вижу перед собой совсем другой пример. Когда даже сильно облажавшись, можно всё изменить. Исправиться. Стать чудесным отцом и сыном.

То, что я знаю точно — Булат не исправится.

Я обхватываю ладонями бумажный стаканчик с чаем.