Предатель. Цена обмана

Пылко отвечаю, каждую секунду близости вбираю в себя. За пять лет между нами ничего не изменилось.

Чувства только крепче стали, намного глубже.

А ещё мужчина досконально изучил меня. Знает, где именно поцеловать нужно, чтобы мышцы тут же свело сладостным спазмом.

— Эй, голубки, — Рина падает напротив. — Не смущайте детей.

— Сказала та, кто куда-то пропала с женихом, — усмехается Ильяс. — У тебя кофта задом наперёд надета.

— Неправда!

Рина отвечает уверенно, но всё же косится на свой наряд. Чем вызывает наш смех.

Ильяс поднимается, планирует пойти в бар за напитками. Обещает мне принести кофе, чтобы я не вырубилась раньше времени."

"— Слушай, — Рина подаётся чуть вперёд. — Я знаю, что уже говорила это, Аль, но я безумно рада, что ты стала моей невесткой. Правда. Я каждый раз радуюсь, когда вижу вас троих.

— Я тебя тоже безумно люблю, — улыбаюсь. Иногда девушку пробивает на сантименты.

— Нет. Ты просто не знаешь. Каким Ильяс бывает без тебя, был раньше. Хмурый, строгий, вечно занятой. Но с тобой он меняется.

Мне кажется, что девушка про другого мужчину говорит. Нет, мой Ильяс… Он самый замечательный.

И это не слепая влюблённость. А факт, который я наблюдаю из года в год.

— Но с тобой он совершенно другой, — продолжает Рина. — И я обожаю на это смотреть. Насколько он счастлив.

— Я тоже очень счастлива с ним.

Мне кажется, что в какой-то момент сердце просто взорвётся от преисполняющей меня любви.

К сыну, мужу.

Ко всей нашей семье.

Домой мы возвращаемся радостные, но жутко вымотанные. Иля так вообще спит, свернувшись калачиком.

— Я сначала его занесу, — шепчет муж. — А потом тебя?

— Я не так уж спать хочу.

— Да я заметил. Кофе так и не выпила.

Стреляет в меня подозрительным взглядом, я неловко улыбаюсь. Ничего не отвечаю.

Я весь день молчу. Не рассказываю, что с утра, перед судом, решила заняться своим здоровьем.

Как и кучу других любимых напитков и продуктов.

Сплошные запреты.

А виноват в этом, между прочим, Ильяс!

Поэтому, набравшись смелости, я решаю предъявить мужчине все обвинения.

— Помнишь, мы с тобой договаривались? — начинаю я издалека. — Сначала я тебе говорю, потом остальным?

— Так? — Ильяс напрягается, улыбка сползает с его лица. — И что случилось?

— Я нарушила договорённость. Ты не первым узнаешь. Но первым из важных для меня людей.