Но этого не нужно.
– Привет, – мужчина улыбается. – Как ты?
– Проваливай.
Уж кого-кого, а Левенко я сейчас видеть не хочу! Запустить бы в него чем-то, но слишком блокнот жалко. Поэтому я разворачиваюсь и просто иду прочь.
Сейчас вся моя ярость направлена на этого лжеца. Он общался со мной, беспокоился, помогал – всё из-за работы и поручений. Лучше бы он мечтал меня в постель уложить, не так обидно было бы.
Демид… Тоже мудак и обманщик. Но наши отношения начинались честно. Уже после что-то пошло не так. Как и с Марисой.
А Левенко изначально планировал использовать меня.
– Лиз, да погоди, – мужчина обгоняет меня, тормозит, но я просто обхожу его. – Я приехал с миром, хотел всё объяснить, чтобы ты не обижалась.
– Не стоит. Демид мне всё рассказал. Я не обижаюсь, я просто не желаю тебя видеть. Болтать не настроена.
На самом дело, Рома мог бы мне что-то рассказать и пролить свет на ситуацию. Но я позволяю эмоциям взять вверх, прикрываясь беременностью. Просто быть преданной трижды – ужасно. Я такого не заслужила.
Резко торможу, разворачиваясь к мужчине. Тот почти налетает на меня по инерции, не ждал такого. Делаю вдох, тяну закладку, открывая блокнот, а после смотрю на Рому.
– Тебя специально устроили в больницу, так? – уточняю. – Следить за мной?
– Не прям так…
– Да или нет?
– Да.
– Ясно, спасибо."
"Продолжаю движение, на ходу делая пометку на листике. Рома пришел осенью, как раз в то время начались слухи про мой развод. Пока не до конца понимаю, как всё связано, но хочу разобраться.
Демид хотел узнать мои тайны? Он и так их знал. Да и ничего он найти не мог, я ему никогда не врала. И непохоже, что ему нужен был компромат, чтобы со мной развестись.
И так всё сработало.
Но что-то случилось осенью. Какое-то важное, грандиозное событие. Нужно об этом подумать, может, что-то вспомнить. Я хочу знать: могу верить словам Демида или он законченный мерзавец?
– Ты злишься, я понимаю, – Левенко не сдается, преследует по пятам. – Но я ничего такого не сделал…
– Правда? Буду знать.
– Лиз, прекрати вести себя как истеричка.
– Мне можно, я бере…
– Ага. Заметь, об этом тебя Демид пока не спрашивал.
– Ты шантажируешь меня?!
Я никогда не думала, что человек может использовать так много эмоций одновременно. От злости меня потряхивает. Беспокойство царапает сердце. Благодарность червячком елозит в голове.
И сомнение. Целый океан сомнений, в котором я захлёбываюсь.
Рома молчит, скрещивая руки на груди. Ждёт, пока я успокоюсь.
