Сможешь жить, где захочешь.
– Знаешь, ты мне многое обещал, Демид. Мало верится. А завтра ещё что-то будешь «должен» и снова меня будут как мячик бросать? Захотел – помог, захотел – под поезд бросил.
– Нет.
– Почему? Что поменялось? – фыркает, делает глотки воды. – Вдруг сострадание вернулось?
– Теперь я знаю, что ты беременна, Лиза. Поэтому буду действовать по-другому, чтобы не навредить.
Время для признания – не лучшее. Девушка давится водой, громко кашляет. Выставляет перед собой руку, не позволяя мне подойти.
Смотрит напугано.
Да, девочка моя, я знаю.
В первый раз специально подобрал так слова, проверяя реакцию. Не ошибся Артём, правильно ему донесли. Заметили, что девчонка после Франции начала тормозить возле детских магазинов. Часто. А после – вовсе зашла, сделав несколько покупок.
Лиза смогла обмануть с витаминами, но часть сомнений всё же проросло. Не было времени об этом думать. Да и не хотел. Максимально гнал от себя эти мысли.
Боялся поверить, что это правда.
Левенко, паскуда, ничего об этом не говорил.
Но в больнице сплетничают достаточно, чтобы отправить знакомую в качестве пациентке и собрать нужную информацию.
Юсупова с мужем развелась, а ребенка ждёт.
А Рязанов эти сведения собрал, на меня ушатом холодной воды обрушил.
– Была, – Лиза добавляет сипло, не смотрит на меня. – И это…
– Есть. Хватит лжи.
– Ты мне про ложь будешь говорить?! – переходит в нападение. – У тебя вообще нет права судить меня!
– Я и не сужу. Я просто говорю, что в курсе. Поэтому тебе не нужно больше притворяться и скрывать всё.
И ты можешь напрямую просить обо всём, что тебе нужно для ребенка. И, естественно, я сделаю всё, чтобы тебя ничего не коснулось, и эта беременность прошла спокойно.
Это был выстрел вслепую, без доказательств.
Да или нет.
Чет или нечет."
"Никакой стопроцентной уверенности. Рязанов должен этой ночью достать записи из медкарты Лизы, так как Левенко вышел на смену. Если девушка уже успела сдать анализы.
От этой неизвестности крыло.
Заталкивал мысли поглубже, но они всё равно всплывали.
Добивали.
А если…
Вдруг…
Лиза кивает, разбивая внутри меня новую банку с кислотой. Та течет по венам, разъедает до кости.
Я должен радоваться за Лизу.
Но не получается от всей души.
Я не имею права на собственные чувства в этом вопросе. А всё равно триггерит. Заставляя сцепить зубы, отвернуться. У всего есть цена. Это – моя плата за безопасность девушки.
Сам всё разрушил.
Теперь смотри, Юсупов, пожинай плоды.
Захлёбывайся.
