Добавляю соль, но ситуацию это не спасает.
От гнева подрагиваю кончики пальцев. Не из-за Демида, обиду и злость к нему я чувствую перманентно. Но сейчас я сержусь на саму себя! Не заметила раньше, была слепа, погрязла в собственных проблемах.
– Я не хотела тебя расстраивать, – Рина даже немного краснеет от смущения, чего я никогда не видела. – Прости, не подумала. Но я просто хотела сказать, что я здесь и если что-то понадобится…
– Почему? Мы не подруги с тобой. Не знакомые. Мы общались пару раз за это время.
Я не вижу причин, по которым ты сразу поехала ко мне.
Я не готова сейчас разбираться с актом внезапной доброты. Искать подвох в чужих словах… Может, Рина и разошлась с Демидом мирно, но это не значит, что она теперь стала другом семьи.
У меня уже была одна такая подруга.
Мариса.
И к чему это привело?
– Ты посчитаешь меня безумной, – девушка отворачивается к окну, продолжая: – Но я действительно хотела узнать, как ты. Услышала не очень хороший разговор родителей… И мне нужно было проверить.
– И о чём они говорили?
Я никогда не была любительницей сплетен. Могла покивать в ординаторской, согласиться с подругами о чём-то, что происходило в университете. Но не было во мной той жажды обсудить посторонних людей.
Но сейчас любопытство просыпается во мне, смешивается с каким-то мазохизмом. Понять, что происходит, узнать лишнее и… Вытравить из себя все чувства к Демиду, память о нём.
– Всякий бред, что Демиду давно было пора тебя выгнать. Мол, из-за тебя он поругался с родителями, а ты даже детей ему не родила.
Будто первая жена, их дочь, – Рина указывает пальцем на себя, горько усмехаясь. – Рожала из года в год. Ну, так вот. Это «выгнал» меня слишком резануло… И я решила проверить. Я знаю, что такое быть предметом обсуждений и чужих сплетен.
– Я не из вашего круга, – признаю то, что поняла давно. Не задевает и не тревожит. Просто семья Девида предпочитала общаться замкнутой общиной, мне туда входа не было. – Поэтому вряд ли до меня дойдут их разговоры.
– Но… Он ведь… – Рина явно подбирает слова, рвет пальцами салфетку, сминает клочки в кулак. – Демид ведь так не поступил, правда? Не выгнал тебя? Я знаю, что лезу не в своё дело. Просто…
Рина замолкает, её глаза широко распахиваются. Мне не нужно следить за её взглядом, чтобы понять – девушка увидела мой чемодан. Раздражение ударной волной прокатывается по мне, свербит под корой мозга.
– Он дал мне полчаса на сборы, – произношу сухо, поднимаясь с места.
