– Заходи, – кивает на дверь. – Как раз начнём переговоры.
– Я жду своего адвоката. Ильяса. Карзаева, – добавляю зачем-то, хотя муж уже должен быть в курсе. – Не буду пока заходить.
– Хочешь закоченеть на морозе?
– О, выключи притворную заботу. Я не буду с тобой разговаривать без Ильяса.
– Ну, попытаться стоило. Жди своего адвоката.
Усмехается напоследок, исчезает со своей свитой за стеклянными дверьми. Лишь когда Демид скрывается с поля зрения, у меня получается выдохнуть. Сбросить с себя морок и ощущение тугих оков.
Я не знаю от чего мне сейчас хуже. От безразличного тона или того, как мужчина пытался прикрыть свои подлые намерения заботой. Учитывая, что раньше он всегда ругал меня за легкий наряд.
Кутал в свою крутку, лично завязывал колючий шарф. Превращался в курицу-наседку, пытаясь оградить от всего плохого. А оказалось, что плохой – сам Демид.
– Извини за опоздание, – Карзаев появляется рядом, и я облегченно выдыхаю. – Пойдём. Не знаю, приехал ли уже Юсупов…
– Приехал.
Мы с ним столкнулись.
– Он что-то говорил?
– Ничего особенно. Обменялись любезными приветствиями. Ильяс, я помню твои уроки. Никаких обсуждений без тебя.
– Про ребенка не упоминал?
– Даже не намекал."
"Я действительно не надеюсь на то, что Артём промолчал. Наверняка Демид просто ждёт удачного момента. Может, даст почувствовать победу, а после нанесёт смертельный удар.
Начнёт шантажировать меня ребёнком.
Пока лифт везёт нас на верхний этаж, я позволяю себе секунду рефлексии.
Крошечное мгновение, а после обещаю никогда к этому не возвращаться.
Но…
Мы с Демидом так хотели детей, а я теперь собираюсь с ним воевать за малыша.
В какую секунду всё разрушилось?
Громкий «дзынь» оповещает, что мы приехали на нужный этаж. Я тут же запираю эмоции в глубине внутри, не позволяю им прорастать бурьяном. Моя боль не уйдёт, если я буду постоянно её подкармливать.
«Чувства, деточка, оставляй за этими стенами».
Я использую правило Серафимы Ивановны, пусть и не в больнице.
Просто у меня новая операция. Окончательно удалить опухоль под названием «брак с Юсуповым» и двигаться к реабилитации.
Я научилась отключать эмоции, когда выходила на смену. От меня зависела чужая жизнь, я не могла позволить себе распадаться на кусочки. И сейчас этот навык спасает меня.
Юсупов с адвокатами ждёт меня в конференц-зале. Они располагаются с одной стороны длинного стола, мы с Ильясом садимся напротив. Нас двое, их – трое.
