На деле, внутри такая боль и пустота, от которой постоянно задыхаешься, а в голове лишь один вопрос, который буквально насилует мозг…и звучит он на репите, надрывно повторяя - «ЗА ЧТО?»
Подруга Ленка постоянно на связи и пытается поддержать, но я не хочу ничего обсуждать и слышать, самое желаемое сейчас – спрятаться от всего мира. И вот отец, он тут и пытается снова поговорить по душам, а я… не могу. Язык словно присох к небу и я окаменела.
Не представляю, как делиться тем, что дочка его любимой женщины увела у меня мужа.
Что, если он не поверит? Начнет обвинять? Откажется от меня? Я просто сойду с ума.
- Ксюша, доченька, говори, не молчи. Ты беременна? Ведь я все верно понял? – Поднимает мое лицо аккуратно за подбородок и смотрит такими добрыми заботливыми глазами, что мое сердце сжимается.
- Да, - киваю утвердительно.
- Это же здорово, счастье какое! Вы так мечтали с Иваном о малыше, наконец-то получилось. Я уверен, что все будет хорошо, сейчас полежишь немного в больнице, прокапают витаминами, переведем в лучшую палату, даже не думай о плохом, сконцентрируйся только на позитивном, - пытается меня взбодрить.
- Ладно, - все так же еле шепчу.
- Ксюш, - убирает от моего лица руку, - я ведь слышал, что ты сказала врачу и глупо делать вид, что не замечаю твоей тревоги. Наверняка огорчение не только из-за того, что ты попала в больницу. Вы поругались с Иваном? – задает вопрос, который я меньше всего хочу слышать и тем более на него отвечать.
- Не поругались.
Отец с облегчением выдыхает, а я продолжаю:
- Мы расстались.
Иван мне изменил, а после обокрал. Все сбережения, которые я откладывала, а также шкатулка с мамиными фамильными драгоценностями у него.
- Что ты такое говоришь? Этого не может быть! Ваня всегда был порядочным человеком, - удивленно на меня смотрит.
Его слова снова меня замыкают.
...Не может быть.
По его мнению я вру? Сочиняю?
Становится обидно.
Минуту или две он молчит, а после задает кучу вопросов:
- Кто она? Женщина с которой загулял. Случайная связь? Постоянная история? Кто эта девка, ты узнала? Иван сам признался? – вижу, что папа начинает конкретно заводиться.
- Я их застукала с поличным в нашей семейной постели. Тут уже не свалишь на ""показалось"" или клевету, видела их собственными глазами, - произношу чуть громко.
Отец поднимается со стула и начинает нервно вышагивать по комнате из угла в угол. Затем останавливается у тумбочки около соседней кровати и наотмашь бьет по ее поверхности.
- Тварь! Я его размажу.
