– Я верил тебе, Ксюша, и любил, - произносит серьезным голосом, - а ты променяла меня на статус повыше и бабки. Так катись к своему боссу, детей ему роди... не прощу тебя!
- Ты меня? – снова повышаю тон. – Это ты меня не простишь? Поражаюсь, как тебя обработали. Только знаешь что? Деньги тебе все равно придется вернуть, я не оставлю просто так эти траты и не прощу подлости, - зло продолжаю.
- А я и не прошу прощения. Сейчас ты, Ксюха, просто по всем законам жанра, обязана была валяться в моих ногах и клянчить шанс все исправить, каяться в грехах и просить не бросать.
Но ты, я вижу, птица гордая. Думала я испугаюсь, что застукала, и буду со слезами доказывать, что все не так поняла? – хмыкает.
- Ничего я не думала. Хотела вернуться к любимому мужу домой, сделать сюрприз, - чувствую, что спорить и перепираться сил больше нет. Меня начинает мутить и легкие боли в районе поясницы отрезвляют. Не дай Бог из-за нервов потерять малыша. Соня и Иван того не стоят. – Уходи, - устало добавляю. – Просто скройся с моих глаз.
- Пять дней, - произносит Иван, направляясь к двери. – Приходи в себя быстро, потому что я вернусь и продолжу жить в своей квартире, - весело оповещает, натягивая ботинки. – Приятного вечера, Кукся, - добавляет, шлет воздушный поцелуй, как мы частенько делали по традиции, и покидает квартиру.
Сорвавшись с места, я спешу в уборную. Меня тошнит. И даже не знаю от чего больше, от физического самочувствия или от нервного напряжения на фоне всего, что сегодня со мной случилось.
Оклемавшись, иду в душ, смываю с себя грязь дня, трусь мочалкой как ненормальная, чтобы избавиться от ощущений, от прикосновений, от всего того, с чем соприкоснулась.
Укутавшись в полотенце, направляюсь на диван, не хочу видеть нашей общей с Иваном постели, на которой мне изменяли. Мерзко. Противно. Выкину все, начиная от матраса, заканчивая бельем, подушками, одеялом.
Набираю номер лучшей подруги и без объяснений, голосом на грани срыва, произношу:
- Ленка, приезжай. Мне очень плохо. И, пожалуйста, сообрази кого вызвать, срочно нужно сменить замки в квартире.
- Через полчаса буду, все решим, наберу Васю, - отвечает, ничего не уточняя.
Обожаю в ней эту черту. В патовой ситуации - никаких лишних вопросов. Все по факту. Знает, что решать и обсуждать подробности лучше на месте, действовать, а не тянуть резину с разговорами по сорок минут.
- Спасибо, жду, - устало шепчу и кладу трубку.
Сил нет. Вообще. Даже на то, чтобы плакать. Просто сижу и пялюсь в потолок.
