- Это я образно, - лепечу я и облокачиваюсь на стену в коридоре, чтобы не упасть. - Ты же почему-то считаешь, что он твой сын. Вот я и привела аналогию, как ты обходишься с ребенком, которого считаешь своим.
- Хватит идиотских оправданий, Соня, - хмыкает Радов, подгоняя меня вперед. - Ты только сильнее себя топишь.
Ничего больше не говорю, просто молчаливо следую вместе с ним к машине. Я, и правда, слишком много говорю и доказываю ему, что он ошибается. Наверное, если бы Радов по-настоящему не был отцом Вани, я бы вела себя иначе.
Но теперь уже точно достаточно оправданий, они больше не имеют никакого веса и ничего не изменят.
Мы садимся в автомобиль и едем куда-то в полном молчании, которое нарушает Ванино кряхтение.
- Ну-ну, котик, потерпи еще немного, ладно? Скоро мы уже приедем, - успокаиваю сына, но не особо успешно. - Я знаю, ты уже устал за целый день, и мамочка тоже устала. Но скоро уже все закончится
Радов возмущенно изгибает бровь и произносит, глядя на меня:
- Уже все закончилось, Соня.
Если ты рассчитываешь, что тебе удастся улизнуть из моего дома, то, будь уверена, ты это сделаешь всего один раз и без сына. Обратной дороги тебе не будет.
- Я говорю не с тобой, а с сыном, - хмыкаю я. - И речь вообще не про это была, не перевирай мои слова.
- Мне все равно, что ты имела в виду. Я просто предупреждаю тебя, как оно будет, - сухо произносит он. - Мое всегда остается со мной.
- Я вот все никак не могу взять в толк, - тихо произношу я, сдерживая свое возмущение. - Для чего тебе все это?
- Что именно? - уточняет Радов.
- У тебя ведь уже есть ребенок. Зачем тебе еще и мой понадобился?"
"- А что здесь непонятного? - хмурится он. - Я хочу растить собственного сына. Хочу, чтобы он был рядом, хочу дать ему все, чего не было в детстве у меня.
- А одного ребенка тебе уже недостаточно? - хмыкаю я и добавляю: - Если тебе так хочется обеспечить Ваню, то ты можешь это делать, не забирая его к себе. Ты можешь его навещать, когда тебе захочется, гулять с ним…
- Я у тебя не спросил, что мне делать, - грубо прерывает меня Радов.
- Ты не дала мне возможности видеться с сыном первый год его жизни. И если бы я не узнал о его существовании сам, то ты так и не сказала бы мне о нем. Разве я не прав?
Поджимаю губы от досады. Он прав, абсолютно.
- Но ты узнал, - отвечаю я. - И с этого момента я больше не буду препятствовать твоим контактам с сыном, раз ты, действительно, так сильно хочешь принимать участие в его жизни.
- Не будешь, - кивает он.
