Ну почему же это так больно, чёрт возьми?!"
"Меня задело то, как он трепетно ожидает малыша, говорит о нём с нежностью, а его сын, наш с ним, который зародился во мне в нашу с ним такую страстную, долгую первую ночь, рос без отца. Архип ничего не знает о сыне. И я не хочу говорить, скрыть Костика был мой выбор, но при этом мне всё равно мучительно больно.
— Кристин, чего с тобой такое? Ты такая бледная вдруг стала, — внимательно вгляделся в меня Никита, а я боялась посмотреть на них обоих, чтобы никто не прочёл в моих глазах мучительную боль.
— Ничего… — еле ответила я, разлепив сухие губы. — Всё в порядке, просто я…устала.
— Может, отдыхать пойдёшь?
— Нет, я… Сейчас чая выпью и всё будет хорошо.
— Давай я тебе помогу лучше.
Мы с Никитой вместе налили чай и принесли его в гостиную, сменив ужин на десерт, и разговор потёк о делах компании. Мужчины говорили, я пыталась успокоиться. Спустя минут двадцать мои руки перестали дрожать.
Такими темпами я с ним не смогу просто работать. Поседею в двадцать пять и сойду с ума. Однако сегодня я справилась с собой и взяла себя в руки.
— Пап, у меня не получается! — позвал Костик Никиту.
— Что у тебя там не получается? — муж поднялся на ноги и отправился помогать ребёнку с железной дорогой. — Ну-ка, дай сюда… Смотри, вот это надо вставлять сюда. А это… Вот сюда.
— Отличная дорога, спасибо вам, — поблагодарила я Архипа, глядя как они с Никитой быстро вдвоём ее собирают и запускают состав на дистанционном управлении.
— Косте очень нравится.
— Никите тоже, — подметил Ветров.
— Да вы всегда мальчишки, даже в двадцать пять, — улыбнулась я ему, слегка забывшись. — Поезда, машинки — ваша слабость. Никита с удовольствием играет с Костиком во всё это.
— Да, наверное, — улыбнулся он мне в ответ. — Скоро и я это узнаю.
— Да… Становиться родителями очень ответственно. Но приятно.
— А вы сколько женаты с Никитой?
Я замялась, не зная, что отвечать.
Женаты мы два года, а Костику — пять с половиной. Я запереживала, что Архипа смутит это несоответствие, ведь он может заподозрить, что Костик Никите не родной сын, но что соврать ему не знала. К тому же, если я солгу, Никита потом скажет правду, ведь я не могу попросить его молчать, он не поймёт по какой причине должен это замалчивать. Я нервно закусила нижнюю губу.
