Выпьем кофе, потом я тебя отвезу. Сад заодно свой глянешь.
Ой! А вот сад я хочу посмотреть!
Вот черт! Уговорил.
— Ладно, — вздыхаю я, — пойдем.
Глава 54
Прохожу по саду и оглядываюсь.
Сколько счастливых моментов связано с этим местом!
По коже бегут мурашки, а в груди что-то дерет.
— Я думала, что тут все зачахло, а тут вон… — любовно провожу я рукой по еще сочной зелени.
На душе тепло от того, что с моими дорогими кустиками все в порядке.
— Я нанял садовника, чтобы ухаживал за растениями, — поясняет Юра, идя за мной следом.
О, как!
— Ну да, правильно, — киваю я. — С ухоженным садом дом проще продать.
— Да причем тут это… Я вообще его продавать не хочу.
Смотрю на него. У него сейчас такое лицо… не знаю… словно ему больно.
А мне тоже больно, но это именно он причинил мне эту боль.
— Это ведь наш дом, Мил! Твой, мой и Темы. Нам же тут хорошо было… и, уверен, еще будет!
Сглатываю. Сердце почему-то ускоряется в какой-то тупой надежде.
Нет-нет! Не смей даже думать, Мила! Сердце глупое, не понимает, что его легко снова могут разбить.
— Это вряд ли, — сухо отрезаю я и нарочито меняю тему: — Так что там насчет кофе?
В его глазах что-то мелькает.
— Конечно, пойдем.
Мы идем в дом, такой раньше теплый и родной!
Все тут мне знакомо, до каждой последней мелочи.
Небольшие статуэтки на полках, которые мы вместе выбирали.
Мягкий пушистый плед на диване, в который мы так любили заворачиваться вдвоем, а иногда и втроем, зимними вечерами, когда смотрели фильм.
Наши любимые семейные кружки — в одном стиле, но у каждого свой любимый цвет.
Мы не захотели брать эти вещи, ведь в них слишком много эмоций.
Я растерянно застываю посреди гостиной.
Такие странные ощущения. С одной стороны я рада снова здесь оказаться, так как скучала по нашему дому, а с другой — воспоминания о счастливых минутах, проведенных тут, врезается в сердце болезненной острой спицей.
— Ты тоже это чувствуешь, да? — неожиданно рядом слышу я голос Юры, и он словно выводит меня из ступора.
— Что чувствую? — поворачиваю я голову.
Он стоит совсем близко от меня. Кажется, я могу даже почувствовать тепло его тела.
— Что именно здесь наш дом, — тихо произносит он, — настоящий дом.
Горло перехватывает. Зачем ты мучаешь меня, Юра?
— Что же ты тут не живешь, раз здесь твой дом? — поднимаю я брови.
— Я не сказал “мой”, я сказал “наш”.
— Мой дом в моей квартире, а твой, Юр, я не знаю где, — нарочито равнодушно дергаю я плечом.
