Двадцать два года брака и поздняя беременность с наивной уверенностью, что у нас все получится.
— Люба! — окликает меня Богдан, хватает за запястье и разворачивает меня к себе. — Да ешки-матрешки! Ты куда так стартанула?!
Сбежать не удалось.
Да и куда бы я сбежала?
Это в двадцать лет можно сбежать от неверного мерзавца в далекие дали с распущенными волосами, что красиво развеваются по ветру.
Мне сорок.
И, наверное, я стану скоро не только мамой, но и бабушкой, потому что в прошлый раз я заметила, как Светка тайком спрятала под язык лимонную карамельку.
Я тоже ими спасалась от токсикоза.
В кармане вибрирует телефон, который я под цепким и внимательным взглядом выуживаю из приталенного пиджачка.
Светуська: Мам, нам сегодня еще в цветочный. Ты же помнишь? И на финальную примерку платья.
Торопливо дрожащими пальцами печатаю “помню” и прячу телефон обратно в карман.
Поднимаю взгляд на Богдана. Морщусь от пинка в животе и прижимаю к нему ладонь, успокаивая сыночка, который будто почувствовал мою черное отчаяние перед неизбежным.
— Люб, может, мы вернемся, а? И пусть тебя еще раз осмотрят, — вскидывает бровь.
— Милый, — касаюсь его рукава, а затем крепко стискиваю тонкую шерстяную ткань в пальцах. —
Ты не хочешь мне ни в чем признаться?
Глава 3. Тебе нельзя нервничать
Отьявленный лжец никогда не признает свою ложь и будет отпираться до победного. А если поймаешь его за руку, то и тогда он попытается выкрутиться.
— Это не то, что ты подумала.
— Это не моя рука.
— Это не я.
— Ты все придумала.
Вот и Богдан сейчас недоуменно вскидывает бровь и уточняет:
— О чем речь, Люба? Я в полной растерянности.
Ни искорки паники.
Ни тени беспокойства.
Ни один мускул не дрогнул.
Неужели та девочка в салатовой куртке просто разыграла меня? Задать вопрос напрямую?
А я боюсь правды. Это же сколько лет меня обманывали.
— Похоже, тебе надо прилечь, Люб, и я все же вызову нашего домашнего врача, —лезет в карман за смартфоном, и я хватаю его за запястье, вглядываясь в серо-зеленые глаза.
— Тебе стоит признаться сейчас самому, Богдан, — мой шепот дрожит гневом. — Я это заслужила...
В кармане Богдана вибрирует телефон. Он игнорирует вызов. Берет меня за руку и ведет в сторону парковки:
— Ты меня беспокоишь, Люб. Раньше у тебя таких фокусов в прошлые беременности не было. Ты мороженое из соленых огурцов требовала...
— Ответь на звонок! — вырываю руку из его захвата.
