Но неустанно и за мной успевает следить, потому что на меня тоже много кто смотрит из приглашенных холостяков.
Банкетный не такой роскошный, как, например, ресторан Багирова, но кажется очень уютным.
— Все по канонам, — беззлобно усмехается Суворов, когда видит на столе салат «Цезарь».
А еще здесь мясные и сырные тарелки, тоненько нерезаная красная рыбка и тарталетки с икрой. Фруктовая нарезка, припорошенная сахарной пудрой, и разносолы под водочку. Эта самая водка здесь тоже стоит, а дамам вино.
Гранатовое.
У меня какой-то взрыв эмоций, ощущение большого праздника! Особенно когда в зале появляется ведущий в кожаном золотистом пиджаке. И он предлагает наполнить бокалы. Я никогда не видела, как Суворов пьет водку из рюмки и закусывает маринованным огурцом… Не вяжется это у меня с Мироном, но сегодня он не отличается от остальных мужчин за нашим столиком. Они все друг друга знают, и по разговорам я догадываюсь, что это парни из автомастерской, где работает Славик.
К Мирону они относятся настороженно, как к чужаку. Но Суворову все равно. Он и тут лидер.
Я пробую то самое гранатовое вино, и оно оказывается очень вкусным, не горчит и не кислятина, а терпко-сладкое. Очень приятное.
— Уважаемые гости! — объявляет ведущий. — Пока вы еще не напились, предлагаю начать с главного — с поздравлений молодоженов!
Сначала в центр зала выходят родственники. А когда очередь доходит до друзей, первой в списке оказываюсь я. Я столько всего хотела сказать Арине, готовила речь, но сейчас, стоя напротив подруги, меня переполняют эмоции.
Все в голове путается, я теряюсь, и мне на помощь приходит Мирон, взяв микрофон:"
"— Признаться, наше знакомство с Ариной было не очень. Но со временем я понял, какая она бескорыстная, верная и добрая девушка. Арина очень хрупкая снаружи, но у нее огромное сердце. Таких девушек впору записывать в красную книгу! Слава, оберегай ее и цени. Иметь такую жену — настоящее счастье. Я очень рад, что у моей Маргариты есть такая замечательная подруга!
Потом Суворов передает микрофон мне, и я лишь выдавливаю из себя тихое:
— Я очень люблю тебя, Ариш…
А потом Суворов достает из внутреннего кармана пиджака продолговатый футляр, вынимает из него цепочку из белого золота, на которой сияет крупный бриллиант.
— Этот камень подчеркнет чистоту твоей души, Арина, — говорит Мирон.
— Да вы что, Мирон Олегович! — растерянно ахает подруга.
