Предательство между нами (СИ)

А теперь пойдем спать.

Я поднимаю голову, смотрю на Амирова. Касаюсь кончиками пальцев колючей щеки.

Боже, как же я соскучнпо нему.

— Я сначала в душ схожу.

— Хорошо.

— Хочешь вместе пойдем? — улыбаюсь я.

— Нет, Маш, сегодня я тебя не трону. А вот завтра, если твое предложение будет в силе, то с удовольствием.

Глава 32

— Доброе утро, — хрипло звучит у уха. Повернувшись, натыкаюсь на взгляд Виктора. Он лежит рядом, обвив мою талию руками.

Да, он сдержал свое слово и не трогал меня целую ночь, а сейчас я не могу сдержать себя и свои эмоции под контролем, тянусь к нему.

Притянув к себе его голову, впиваюсь в губы. Прикрываю глаза и наслаждаюсь моментом. Я так соскучилась по нему, что просто ныть хочется.

Я думала целую ночь. Все размышляла, почему вчера у меня так резко изменилось настроение... А ведь я верю Виктору. Уверена, что Оксана опять придумывает то, чего нет, настраивает Викторию Сергеевну, а так же отца Амирова против нас. Но зачем? Они уже официально разведены и...

Неужели думает, что выдуманный ребенок может их как-то сблизить?

— Маш, подожди, — сжав мои запястья, Вик смотрит в глаза так, будто в душу заглядывает. — Ты же действительно этого хочешь?

Я поспешно киваю несколько раз, освобождая руки от его хватки и снова тянусь к нему.

— Я вообще-то соскучилась, — шепчу игриво обиженным тоном. — А ты, как я вижу, нет.

— Почему же ты так решила, — ладони Амирова оказываются на моей талии. Он дышит мне в лицо. Его грудь, в которую я упираюсь ладонями, тяжело вздымается.

— Пиздец как соскучился, Маша. Больше никогда не уходи из этого дома, ты поняла меня?"

"— Будут ещё какие-то приказы, Виктор Сергеевич? — со смешком вырывается из горла. — Если что, я сегодня соглашусь на все, что угодно. Так что пользуйтесь моментом, шеф.

Виктор лишь усмехается, притягивая меня к себе плотнее и вгрызается в мои губы. Целует жадно, голодно, сжимая мой затылок так, чтобы я не смогла увернуться. А через мгновение его руки начинают шарить по моему телу.

То они на плечах, то на груди, то ещё ниже...

— О, боже, — постанываю, когда Вик касается чувствительной точки поверх белья. — Боже...

Уткнувшись в его шею номом, теперь я тяжело дышу. На мне только белье, на Викторе тоже. И как мы всю ночь продержались? Как Амиров сдержал себя и не объявился ко мне посреди ночи? Только сейчас, ранним утром, он решил дать знать о себе.

Я нечаянно касаюсь его члена, когда хочу провести пальцами по его груди.