Предательство одного подарит любовь многих (СИ)

Думаю, и в этот раз так же, но у меня тоже странное чувство, — говоря это, Эл стал раздеваться. Мне становилось все жарче, и тело снова стало выгибать, а изо рта стали вырываться стоны, которые я не могла контролировать. С одной стороны я слышала шуршание снимаемой одежда, а с другой меня гладили руки Ларэна. Его руки были очень мягкими, а движения ласковыми. Вначале он еле касался меня кончиками своих пальцев, гладил руку. После он стал подниматься к шее и долго, но очень ласково и осторожно, гладил её и ключицу.

Когда Ларэн стал спускаться от шеи к груди, в его руке стала чувствоваться дрожь. В тех местах, где он касался оставались горячие следы, и мне было мало этих касаний пальцами. Его пальцы были длинными и не самыми тонкими. Мое воображение быстро нарисовало, как они погружаются внутрь меня, как он глубоко и часто вставляет их внутрь. От этих мыслей стоны стали громче, и внутренние мышцы сильно сжались. Будто услышав мои мысли, он пролез этими пальчиками вновь под резинку и стал гладить между лепестками. Смазки было уже так много, что она была даже на бедрах. Поэтому его пальцы ласково скользили. Каждое его движение было близко к моим глубинам, в которых я хотела почувствовать его. Вот только он будто издевался и кружил пальцами вокруг, не позволяя мне самой насесть на них. Но, наконец, он потерял контроль и сам вторгся в меня двумя пальцами на всю возможную глубину. Охвативший мое тело оргазм был сильным, но недолгим. Желаемое моим телом облегчение он не принес. Мое тело продолжило выгибаться и требовать еще большего, чем он дал. Я еще более похотливо застонала.

— Мне кажется, или с каждым оргазмом ей не становиться легче? — хриплым голосом поинтересовался Ларэн.

— Видимо, простых ласк и касаний, ей мало. Нашей девочке нужно полноценное соединение с мужчиной, а не твои дразнилки! — ответил Элик, укладываясь на кровать и стягивая с меня кофту.

— Тогда помоги ей первый, по праву первого мужа! — Ларэн не церемонясь больше, схватился за резинку моих штанишек и стянул их вместе с бельем одним движением.

— Сейчас, моя любимая! Ты получишь в полной мере то, чего хочешь. Не стесняйся своих желаний, мы сделаем все, что ты захочешь! — вместо слов одним мощным толчком муж вошел в меня и стал двигаться в бешеном темпе.

С каждыми новыми его толчками, которые были то короткими, то длинными, внутри меня скручивалась пружина все туже и туже. Но мне все равно чего-то не хватало, пока моих губ не коснулась бархатная головка.