Предел риска

— По рукам, — кивнул Степан, — И да, утром я пересмотрю свою страховку. Добавлю пункт о повреждениях, полученных по вине Избушкиной Ядвиги Петровны. Так что настоятельно рекомендую не калечить меня.

— Я очень сильно постараюсь, Степан Семенович Ажуров, — попыталась скрыть улыбку Ядвига. Мысленно ей хотелось добавить уже приклеившееся обращение «Кружавчик», но девушка вовремя промолчала. Нельзя ведь неуважительно разговаривать с руководством.

Скрепив договор рукопожатием, Ядвига скрылась в отведенную ей на ночь комнату.

А Степан еще некоторое время сидел на балконе и смотрел в звездное небо, задавая самому себе странные вопросы: какого хрена он только что принял на работу нового сотрудника и как все это преподнести Бессонову и Беку, чтобы без пояснений и подколов с их стороны.

Глава 4"

"Короткий стук в дверь показался Ядвиге чем-то незначительным. Пффф! Кто мог прийти к ней рано утром, в понедельник, еще и без звонка? Ответ был очевидным. Никто.

И этого «никого» Серафима Исааковна — строгая и активная соседка — прогонит в два счета. Но стук в дверь повторился. Серафима Исааковна не спешила отчитать раннего визитера. И Ядвига с трудом сползла с постели. На удивление мягкой и удобной, в отличие от ее старенького диванчика.

Пришлось открыть один глаз, а потом быстренько его закрыть. Подниматься на ноги не хотелось. Хотелось спать. И Ядвигу совершенно не интересовало, где она находится в настоящий момент. А посему, Ягушка так и поползла, прижимаясь едва ли не лицом, к прохладному полу.

Два метра до двери провалились в липкий туман. Девчонка, пребывая в состоянии полусна, умудрилась оказаться около двери и провернуть ключ в замке.

Силы закончились. Организм буквально кричал о желании провести в горизонтальном положении еще часиков, эдак, пять-восемь. И Яга смирилась с потребностями своего организма, развалившись посреди комнаты на мягком ворсе ковра.

Когда Степан медленно приоткрыл дверь, его взору предстала занимательная картина.

Девушка лежала на спине, раскинув руки, в центре комнаты. Ее футболка практически не скрывала белья, задравшись до самой талии, демонстрируя те самые трусы в рисунок из бабочек. Волосы, спутанными прядями, разметались по высокому ворсу, торчали в разные стороны. На лице Ядвиги блуждала мечтательная улыбка крайне счастливого человека. А из приоткрытого рта вырывался легкий храп.