Она бы с готовностью согласилась стать любовницей Бенедикта, радость жизни с ним стоила того, чтобы пойти на такую ничтожную жертву. Софи охотно приняла бы именно это решение, но она не могла распоряжаться судьбой их с Бенедиктом будущего ребенка. А что у них обязательно родится ребенок, Софи понимала. У всех любовниц рано или поздно рождаются дети.
Издав полный муки крик, она оттолкнула Бенедикта, выбралась из-под него и откатилась в сторону. Постояв немного на коленях и отдышавшись, она медленно поднялась.
– Я не могу этого сделать, Бенедикт, - проговорила она, не осмеливаясь на него смотреть.
– Что-что? - не понял он.
– Я не могу стать вашей любовницей.
– Но почему? - спросил он, поднимаясь. Что-то в его тоне Софи не понравилось. Слишком уж он показался ей высокомерным.
– Потому что не хочу! - воскликнула она. Бенедикт сердито прищурился.
– Всего несколько секунд назад ты этого хотела.
– Просто я не подумала, - тихо сказала Софи. Бенедикт самодовольно вскинул голову.
– Ты и не должна была думать.
В том-то все и дело.
Вспыхнув, Софи принялась застегивать пуговицы. Он неплохо постарался, чтобы все мысли вылетели у нее из головы. Стоило ему поцеловать ее, как она готова послать ко всем чертям все свои жизненные правила.
– Я не стану вашей любовницей, - повторила она. Может быть, если она будет постоянно повторять эти слова, это придаст ей большей уверенности в себе?
– И что ты собираешься делать? - прошипел он. - Работать горничной?
– Если потребуется."
"– Ты предпочитаешь прислуживать людям - чистить серебро, выносить после них чертовы ночные горшки, - а не жить со мной?
Софи сказала лишь одно слово, но оно было сказано решительным тоном, не терпящим возражений.
– Да!
Глаза Бенедикта яростно вспыхнули.
– Я тебе не верю! Ни одна женщина не сделала бы такой выбор.
– А я сделала.
– Ты просто дура!
Софи промолчала.
– Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? - закричал Бенедикт, энергично размахивая руками, и Софи поняла: она задела его за живое.
Она причинила ему боль, нанесла удар по его самолюбию, и он кинулся на нее, словно раненый зверь.
Софи кивнула, хотя он и не смотрел на нее.
– Я бы дал тебе все, что ты пожелаешь! - порывисто продолжал Бенедикт. - Одежду, драгоценности… Ладно, Бог с ними, с одеждой и драгоценностями, я мог бы дать тебе крышу над головой, а это больше, чем у тебя сейчас есть.
– Это верно, - тихо согласилась Софи.
Он наклонился к ней, устремив на нее испепеляющий взгляд.
