Бенедикт видел, что брата так и подмывает узнать, за что, однако Колин лишь спросил:
– А ты ее простишь?
Бенедикт кивнул.
Нагнувшись, Колин поднял рапиру Бенедикта.
– Я сам уберу, - заметил он.
Бенедикт долго непонимающе смотрел на брата и наконец порывисто сказал:
– Мне пора.
Колин с трудом подавил усмешку.
– Я так и понял.
Бенедикт снова взглянул на брата и внезапно, под влиянием необъяснимого порыва, быстро обнял его.
– Знаешь, - его голос вдруг осип, - я не часто говорю такие слова, но я тебя люблю.
– Я тоже тебя люблю, брат.
- Колин, как обычно, криво усмехнулся. - А теперь убирайся отсюда ко всем чертям.
Бросив брату маску, Бенедикт выбежал из зала.
***
– Как это уехала?!
– Очень просто. - Глаза леди Бриджертон были полны печали и сострадания. - Взяла и уехала.
У Бенедикта кровь застучала в висках с такой силой, что ему показалось, будто голова сейчас не выдержит и разорвется.
– И ты ее отпустила?!"
"– У меня не было никаких законных оснований удерживать Софи против ее воли.
Бенедикт едва сдержался, чтобы не застонать.
У него не было никаких законных оснований заставлять ее ехать в Лондон, и тем не менее он это сделал.
– Куда она уехала?
– Понятия не имею. Я настояла, чтобы она взяла нашу карету, отчасти потому, что опасалась за ее безопасность, но в большей степени оттого, что хотела узнать, куда она поехала.
Бенедикт хлопнул ладонью по столу.
– И что случилось потом?
– Это-то я и пытаюсь тебе рассказать битых четверть часа. Я думала, что уговорила ее воспользоваться нашей каретой, однако, похоже, ошиблась.
Когда карету подали, Софи уже исчезла.
Бенедикт чертыхнулся про себя. Софи, по всей вероятности, все еще в Лондоне, но Лондон - город большой. Практически невозможно найти в нем человека, который не желает, чтобы его нашли.
– Как я полагаю, - осторожно спросила Вайолет, - у вас вышла размолвка?
Бенедикт взъерошил рукой волосы, и взгляд его упал на белый рукав. О Господи! Он примчался к матери прямо в костюме для фехтования.
– Вот черт! - выругался он и бросил раздраженный взгляд на мать.
- Только прошу тебя, мама, не нужно сейчас лекций о том, как нехорошо ругаться.
– Я и не собиралась читать тебе никаких лекций, - улыбнулась Вайолет.
– Где мне теперь ее искать? Улыбку Вайолет как рукой сняло.
– Не знаю, Бенедикт. Хотелось бы мне знать. Софи мне очень нравилась.
– Она дочь графа Пенвуда, - сказал Бенедикт. Вайолет нахмурилась.
– Я предполагала что-то в этом роде. Полагаю, незаконнорожденная?
Бенедикт кивнул.
