Графиня указала на старшую девочку, ту, у которой были золотистые волосы и васильковые глаза. Софи она показалась необыкновенно хорошенькой: совсем как фарфоровая кукла, которую граф прислал ей из Лондона на день рождения, когда ей исполнилось семь лет.
– Это Розамунд. Ей одиннадцать лет. А это… - она указала на другую девочку, не отрывавшую взгляда от своих туфель, - Пози. Ей десять.
Софи с большим интересом взглянула на Пози. В отличие от матери и сестры волосы у нее были темные, глаза карие, а щеки пухловатые.
– Софи тоже десять, - сообщила мисс Тиммонз.
Графиня поджала губы.
– Я бы хотела, чтобы вы показали девочкам сад.
Мисс Тиммонз кивнула:
– Хорошо, миледи. Софи, положи доску. Мы вернемся к арифметике…
– Только моим девочкам, - перебила ее графиня, и в голосе ее послышались одновременно и раздраженные, и холодные нотки. - А я пока поговорю с Софи.
Судорожно сглотнув, Софи попыталась взглянуть графине в глаза, однако выше подбородка взгляд ее подняться не смог. Как только мисс Тиммонз вывела Розамунд и Пози из комнаты, она встала, ожидая от новой жены отца дальнейших указаний.
– Я знаю, кто ты, - заявила графиня, как только захлопнулась дверь.
– К…кто, миледи?
– Ты его незаконнорожденная дочь, и не смей этого отрицать.
Софи промолчала. Графиня сказала чистую правду, однако до нее никто никогда не произносил этого вслух. По крайней мере не говорил ей в лицо.
Ухватив Софи за подбородок, графиня сильно сжала его и запрокинула голову девочки вверх, заставив смотреть себе в глаза.
– А теперь послушай меня, - проговорила она голосом, полным злобы. - Пусть ты и живешь в Пенвуд-Парке и будешь заниматься вместе с моими дочерьми, но ты всего лишь подкидыш и навсегда ею останешься. Никогда - слышишь ты? - никогда не считай себя нам равной.
Софи тихонько застонала: ногти графини больно впились ей в подбородок.
– Мой муж, - продолжала графиня, - почему-то считает, что он перед тобой в долгу. Что ж, его желание исправлять свои ошибки достойно восхищения, но мне оскорбительно видеть тебя в своем доме.
Видеть, как тебя кормят, одевают, учат, словно ты его настоящая дочь.
""Но я и есть его настоящая дочь, - хотелось крикнуть Софи. - И я живу в этом доме гораздо дольше вас!""
Неожиданно графиня отпустила подбородок Софи.
– Я не хочу тебя видеть, - прошипела она. - Я запрещаю тебе приближаться ко мне. Я запрещаю тебе разговаривать с Розамунд и Пози вне уроков. Они теперь дочери хозяина дома и не должны иметь с такими, как ты, ничего общего.
