- Родители были так добры, что наняли этот лакомый кусочек к нам в дом горничной.
– Похоже, ей не слишком нравятся ваши ухаживания, - спокойно проговорил Бенедикт.
– А по-моему, еще как нравятся, - ухмыльнулся Кавендер. - Во всяком случае, мне так кажется.
– А мне нет, - возразил Бенедикт, шагнув вперед.
– Если хотите, можете и вы с ней заняться, - весело проговорил Кавендер. - После того как мы закончим.
– Вы меня не поняли.
В голосе Бенедикта послышались стальные нотки, и все трое замерли, с любопытством глядя на него.
– Отпустите девушку! - приказал он.
Тот, что держал Софи за талию и прижимал к себе, даже не пошевелился. Похоже, он был слишком пьян, и реакция у него была замедленная.
– Я не хочу с вами драться, - проговорил Бенедикт, скрестив руки на груди, - но непременно стану. И уверяю вас, не побоюсь того, что вас трое против одного.
– Послушайте-ка! - рассерженно вмешался Кавендер. - Что это вы распоряжаетесь в моем доме?
– Это не ваш дом, а дом ваших родителей, - возразил Бенедикт, тем самым напомнив присутствующим, что Кавендер - еще сопливый юнец.
– Это мой дом! - выпалил Кавендер. - И моя горничная! И она будет делать то, что я скажу!
– Я и не знал, что у нас рабовладельческая страна, - насмешливо бросил Бенедикт.
– Она должна делать то, что я ей прикажу!
– Неужели?
– А если не сделает, я ее уволю.
– Очень хорошо. - На губах Бенедикта мелькнуло слабое подобие улыбки. - Тогда спросите ее. Спросите, хочет ли она, чтобы вы втроем ее изнасиловали. Ведь именно это вы собираетесь сделать, не так ли?
Кавендер, брызжа слюной, лихорадочно подыскивал подходящие слова и не находил.
– Спросите ее, - снова повторил Бенедикт, улыбнувшись. Он сделал это только потому, что понимал: улыбка выведет молодых людей из себя. - Если она скажет ""нет"", можете уволить ее прямо здесь и сейчас.
– Я не собираюсь ее ни о чем спрашивать! - огрызнулся Кавендер.
– Что ж, тогда я сам ее спрошу.
И он взглянул на девушку - прелестное создание с короткими светло-каштановыми волосами и огромными глазами, слишком огромными для такого худощавого лица.
Губы девушки слегка приоткрылись, и у Бенедикта возникло странное ощущение, что он ее где-то видел. Но этого не могло быть. Даже если девушка и работала раньше в семье кого-то из его знакомых, он был слишком хорошо воспитан, чтобы опускаться до горничных, и, по правде говоря, не имел привычки их замечать.
– Мисс… - Он нахмурился. - Послушайте, как вас зовут?
– Софи Бекетт, - прошептала Софи.
