Ситуация казалась поистине не правдоподобной: они с Бенедиктом представились друг другу, чего не сделали два года назад.
– Вы совершили очень смелый поступок, - наконец заметила она.
Бенедикт пожал плечами.
– Но их было трое против вас одного. Большинство мужчин в подобной ситуации прошли бы мимо. На сей раз он взглянул на нее.
– Ненавижу разнузданных типов, - заметил он. Софи снова кивнула.
– Они бы надо мной надругались.
– Я знаю, - сказал Бенедикт и прибавил:
– У меня четыре сестры.
""Я знаю"", - чуть не сказала Софи, да вовремя спохватилась.
Откуда горничной из Уилшира это знать?
– Полагаю, именно поэтому вы бросились на мою защиту? - вместо этого спросила она.
– Хотелось бы думать, что другой мужчина поспешил бы моим сестрам на помощь, окажись они, не дай Бог, в подобной ситуации.
– Молю Бога, чтобы этого не произошло.
Бенедикт мрачно кивнул:
– Я тоже.
Дальше поехали молча. Софи припомнился бал-маскарад. Тогда, в отличие от сегодняшней ночи, разговор не прерывался ни на минуту.
Но тогда она разыгрывала из себя ослепительную великосветскую даму, а сейчас была простой горничной. Что у нее с Бенедиктом может быть общего?
И все- таки она не переставая ждала, что он узнает ее, остановит фаэтон, прижмет ее к своей груди и скажет ей, что искал ее целых два года. Наивные мечты… Он не узнает ее, и потом, почему он должен ее узнать?
Люди видят то, что ожидают увидеть. А Бенедикт Бриджертон никак не ожидает увидеть в жалкой горничной изящную светскую даму.
Не проходило и дня, чтобы Софи не думала о нем, не чувствовала на своих губах его губы, не вспоминала о той полной очарования ночи.
Он стал средоточием всех ее фантазий, в которых она видела себя совсем другой - изящной, утонченной, богатой. В своих мечтах она видела его на балу, который, быть может, давала она сама или ее любящие родители. Они знакомятся, потом он начинает очень мило ухаживать за ней, дарит благоухающие цветы, иногда осмеливается украдкой поцеловать. И в один прекрасный весенний день, когда поют птицы и ласковый ветерок колышет листву деревьев, он опускается на колено, клянется ей в вечной любви и просит выйти за него замуж.
Это была дивная мечта, и краше ее была лишь та, в которой они потом женятся, живут долго и счастливо и у них рождается трое или четверо детей.
Но даже в своих самых безудержных мечтах Софи и представить себе не могла, что действительно увидит его и, более того, что он спасет ее от троих пьяных развратников.
