Они оба поняли, на что она намекает.
– Я забыла вас поблагодарить, - тихо сказала Софи.
Бенедикт резко повернулся к ней. Голос ее показался ему чертовски знакомым. Где-то он его уже слышал. Но, пристально взглянув на Софи, усомнился в этом. Рядом с ним сидела горничная. Очень хорошенькая, но все же горничная, с которой он никогда раньше не встречался.
– Не за что, - наконец проговорил он.
– А я считаю, есть за что. Вы меня спасли. Почувствовав себя неловко, Бенедикт лишь хмыкнул, не зная, что сказать.
– Вы совершили очень смелый поступок, - продолжала Софи.
Он снова хмыкнул.
И в этот момент хлынул ливень. Было такое ощущение, что небеса над ними разверзлись.
Через секунду Бенедикт стал мокрым насквозь.
– Я постараюсь довезти вас как можно быстрее! - Он старался перекричать ветер.
– Не волнуйтесь за меня! - крикнула Софи в ответ, но когда он взглянул на нее, то увидел, что она обхватила себя обеими руками, пытаясь согреться.
– Возьмите мой сюртук!
Софи покачала головой и рассмеялась.
– Он у вас такой мокрый, что не спасет меня!
Бенедикт стегал лошадей, но дорогу размыло, а порывы ветра бросали дождевые потоки то в одну сторону, то в другую, и за ними практически ничего не было видно."
"""Вот черт! Только этого не хватало"", - раздраженно подумал Бенедикт. Всю прошлую неделю его мучила простуда, и, похоже, он до сих пор до конца не выздоровел. Поездка под проливным дождем наверняка не пойдет ему на пользу. Он снова сляжет, и весь следующий месяц у него будет насморк, будут слезиться глаза… в общем, ничего хорошего его не ждет.
Разве что… Бенедикт не смог сдержать довольной улыбки. Если он снова заболеет, матушка не сможет заставить его бывать в свете, чтобы найти подходящую спутницу жизни.
Бенедикт, нужно отдать ему должное, именно этим и занимался: он искал. Он вовсе не возражал против женитьбы. Его брат Энтони и сестра Дафна были безмятежно счастливы в браке. Однако Бенедикт подозревал, что их семейная жизнь сложилась удачно только потому, что им крупно повезло: они нашли каждый свою половину.
А вот он не повстречал еще ту, на которой мог бы жениться.
""Нет, это не совсем так"", - подумал Бенедикт, вспомнив событие двухлетней давности - бал-маскарад, на котором он познакомился с таинственной незнакомкой в серебристом платье. Когда он держал ее в объятиях и впервые закружил по террасе в вальсе, он почувствовал, как в груди сладко заныло сердце. Подобного чувства он еще никогда не испытывал.
