(Справедливости ради нельзя не отметить, что миссис Фезерингтон тоже давала бедняжке ненужную одежду, однако стоит только взглянуть, во что одеваются сестры Фезерингтон, чтобы понять, почему горничная не считала это благодеянием.)
Но самое интересное, что вышеупомянутая горничная пришла к миссис Фезерингтон и попросилась обратно. Похоже, леди Пенвуд считала, что личная горничная, помимо своих прямых обязанностей, должна выполнять и обязанности простой горничной, и кухарки.
Хорошо, если бы кто-нибудь объяснил этой особе, что одна девушка не в состоянии выполнять работу за троих"".
""Светские новости от леди Уислдаун"", 2 мая 1817 года"
"- Сейчас мы растопим камин, - сказал Бенедикт, - и, прежде чем лечь спать, как следует согреемся. Я не для того спас вас от Кавендера, чтобы вы умерли от воспаления легких.
В этот момент его снова охватил жестокий приступ кашля, и он согнулся пополам, пытаясь его превозмочь.
– Простите, мистер Бриджертон, - заметила Софи, с состраданием глядя на него, - но мне кажется, из нас двоих вам грозит гораздо большая опасность подхватить воспаление легких, чем мне.
– Совершенно верно, - едва выдохнул Бенедикт, - и уверяю вас, мне вовсе не хочется, чтобы эта болезнь меня поразила. И поэтому… - И он снова зашелся кашлем.
– Мистер Бриджертон? - обеспокоенно спросила Софи. Он судорожно сглотнул и с трудом выговорил:
– Помогите мне разжечь огонь, пока этот чертов кашель до смерти меня не замучил.
Софи нахмурилась. Промежутки между приступами становились все короче, и сам кашель с каждым разом был все продолжительнее и сильнее.
Она быстро и ловко разожгла в камине огонь - опыта у нее было достаточно, - и вскоре оба они уже протягивали руки как можно ближе к благодатному теплу.
– Полагаю, ваша смена одежды вымокла до нитки, - заметил Бенедикт, кивнув на промокшую сумку Софи.
– Думаю, вы правы, - безмятежно отозвалась она, - но это не имеет никакого значения. Если я постою у камина подольше, я наверняка высохну.
– Не говорите чепухи, - заметил Бенедикт, поворачиваясь к огню спиной.
- Думаю, в этом доме найдется какая-нибудь одежда.
– У вас здесь есть женская одежда? - недоверчиво спросила Софи.
– Неужели вы настолько привередливы, что не можете один вечер поносить брюки и рубашку?
До сего момента Софи была именно настолько привередлива, однако не станешь же в этом признаваться?
– Думаю, нет, - ответила она. Сухая одежда казалась ей сейчас верхом блаженства.
– Вот и отлично, - быстро проговорил Бенедикт.
