Предначертанная любовь

Воздух вокруг казался густым и горячим, и где-то зазвучали колокольчики, отправляя свою мелодию в ясное утреннее небо.

Марго моргнула, и ее взгляд сфокусировался на ней, как будто она только что очнулась ото сна. – Мне пора на работу.

– Знаю. А мне пора домой. – Катрин откинулась на спинку кресла, почему-то довольная, несмотря на то, что Марго отодвинулась, и их руки разъединились. В разговоре, они затронули те вещи, которые преградой стояли между ними. Ее болезнь. Терри. И это было только начало.

– Но прежде, я хочу надеть на тебя фиксирующую повязку, – заявила Марго.

– У меня с аппетитом все в порядке. – Безапелляционно заявила Катрин, вставая с кресла и потягиваясь. – Если Филлис готовит завтрак, значит, я остаюсь.

– А, значит, ты из тех женщин путь к сердцу которых, лежит через желудок.

Заметив отражение чувственности, в глазах Катрин, Марго покраснела. – Тогда идем со мной, доктор Макгауер. Давай отыщем твою пропавшую повязку и только потом – завтрак.

Понимая, когда стоит признать свое поражение, Катрин просто кивнула.

Четырнадцать часов спустя Марго притормозила на дорожке около своего дома, заглушила двигатель и откинула голову назад, закрыв глаза и глубоко вздохнув, перед тем как встретиться со своей семьей. После долгого рабочего дня она была уставшая до изнеможения.

Марго бросила свой портфель на кухонном столе и прошла через весь дом к большой комнате, где застыла, пораженная увиденным.

Арли взглянула вверх, ее глаза засверкали. – Привет, мам! Смотри, мы рисуем органы.

Сузив глаза, Марго приблизилась и опустилась на корточки между Катрин и своей дочерью. – Вижу. Желтая печень и пурпурные почки. Мило.

– Это «Видимая Женщина», – с энтузиазмом сообщила ей Арли, указывая на две половинки пластмассовой фигуры с анатомически правильно расположенными внутри органами.

Марго взглянула на Катрин, потом посмотрела снова, когда ей показалось, что она увидела на щеке девушки кровавые полосы. При ближайшем рассмотрении кровь оказалась красной краской. Марго протянула руку и, улыбнувшись, стерла пятно большим пальцем. – Правда?

Глаза Катрин расширились от мягкого прикосновения, которое было почти лаской, но постаралась сохранить свой голос спокойным и легким.