Предназначенная для крылатого лорда-2

Адэна зашипела от боли и с некоторой опаской уставилась на Дарнела.

– Всего лишь правду, мой лорд! Я только что видела, как ваша жена отправилась в спальню Миларда. Да об их отношениях почти все в замке знают! Она вам рога наставляет, а вы даже не подозреваете! Слуги боятся места лишиться, потому и молчат.

– Что ты несешь?! – будто пришибленный, процедил Дарнел, осмысливая услышанное. – Опять разносишь грязные сплетни?

– Если бы! – она вздохнула и осторожно высвободилась из его захвата. – Но мне и правда обидно за вас, мой лорд! Милард еще похвалялся, что эта стерва в постели с ним хвасталась, что нашла способ удерживать вас на расстоянии.

Водит за нос и заставляет носиться с ней, как с хрустальной вазой. Они же просто смеются над вами! Знаете, о чем леди Кэтрин проговорилась еще в день прилета в замок? Что она была бы счастлива, если бы ее мужем стал Милард. Да и потом всячески выделяла его. Он даже не очень-то и виноват. Перед такими, как она, трудно устоять. Не удивлюсь, если она и с кем-то другим со временем спутается. Темперамент у нее тот еще! На этот счет я заблуждалась. В постели огонь-девка. Это мне Милард рассказывал.

Дальнейшие слова застряли у разошедшейся Адэны в горле, когда Дарнел, не осознавая даже, что творит, сомкнул руки на ее шее. Она судорожно хватала ртом воздух и хрипела. В глазах застыл ужас.

Чудовищным усилием воли лорд все же заставил себя разжать пальцы и, не глядя больше на кулем рухнувшую на пол женщину, ринулся по коридору.

Встречающиеся по пути слуги и инварги шарахались в сторону, с опаской глядя на полностью черные белки глаз лорда.

Казалось, еще немного – и он вообще впадет в боевую ярость. Такой у него сейчас был невменяемый вид!

И все же что-то еще удерживало Дарнела на тонкой грани, отделяющей от безумия. Мысль о том, что Адэна могла и соврать. Просто потому, что ненавидит Кэтрин и считает соперницей. Нельзя делать преждевременных выводов. Нужно во всем убедиться самому.

Но если она не соврала… Дарнел не знал, что сделает тогда, но понимал, что в этом случае эмоции под контролем точно не удержит.

Дверь в покои Миларда он просто-напросто снес ударом ноги, хоть она и была достаточно прочной. Даже стучать не стал, не в силах хотя бы секунду лишнюю мучиться неизвестностью. И замер на пороге, чувствуя, как разум окончательно оставляет, сменяясь безумной яростью.

На постели лежала его жена с расстегнутым вверху платьем. И над ней склонился Милард, приблизив лицо вплотную к ее губам. Явно готовился поцеловать.