Предназначенная

Первый не желал говорить со мной, злясь, что я его ослушалась, а со вторым я сама побаивалась общаться, чтобы не навлечь на него гнев Рейдена. Так и просидела всю дорогу как бука."

"Зато у меня было время подумать. Например, о том, что со мной сделала бабка. Ее дар не фикция, она, в самом деле, исполнила желание – подарила истинную любовь. Ну, или навязала. Это как посмотреть. Ведь мы с Рейденом даже толком не знакомы. Не будь зова диад, кто знает, взглянули бы друг на друга.

Получается, любовь по версии старой ведьмы какая-то обязаловка.

Полюбил и мучайся всю жизнь, потому что ни разлюбить, ни уйти от партнера не сможешь, даже если захочешь. Я надеялась, что Рейден прав: дома я разорву эту связь, и со временем все забудется. Не хочется до конца дней тосковать о том, кого никогда не встречу, потому что он в другом мире.

Пейзаж за окном постепенно менялся. Лес становился гуще, деревни попадались реже, и лошади все сильнее беспокоились, чувствуя диких оборотней. Порой мы продирались через бурелом.

Самоходка увязала в канавах, и мужчинам приходилось ее вытаскивать. В такие моменты я выходила и стояла в сторонке, наблюдая.

Полюбоваться было на что. И Рейден, и Айзек скидывали рубашки и толкали самоходку. Напряженные мышцы, перекатывающиеся под кожей, командные окрики, грязь, летящая из-под колес на разгоряченные тела, струйки пота вдоль позвоночников. После мужчины мылись, поливая один другого из ковша. Они фыркали, вода с волос стекала на обнаженные спины и прессы. Будоражащее зрелище.

Я смотрела и чувствовала себя участницей порно-съемок. Ощущение будто вот-вот от завязки перейдем к основному действию. Прямо не знаю, кого выбрать первым. Заверните обоих! Ох, ну просто срывайте с меня всё, я вся горю.

Подобные мысли я благоразумно держала при себе. Рейден вряд ли одобрит и перед Айзеком неудобно.

Когда оборотень в очередной раз велел мне выбираться из самоходки, я решила, что мы снова застряли. Но колеса были в порядке.

— Дальше только пешком, — заявил Рейден.

— Как долго идти? — уточнила я.

— Здесь уже близко. Часа два пути и мы на месте.

— Айзек с нами? — я взглянула на следователя.

— Нет, — ответил он. — Людям запрещен вход в резервацию диких. Я с полисменами буду охранять самоходку. Может, Элис тоже останется? Там опасно, — обратился Айзек к Рейдену.

Вопрос прозвучал невинно, но оборотень отреагировал резко. Он повел себя так, как ведет себя ребенок, когда кто-то покушается на его любимую игрушку.