Предсказанный муж

В широком фойе неспешно бродили заинтригованные разнообразными слухами представители высшего света. Многие из них недоумённо оглядывались, пытаясь привыкнуть к новому формату представлений: как же, не камерные спектакли в особняке какого-нибудь графа или герцога, а отдельное здание, отданное под определенный род искусства.

Мы вчетвером разгуливать у всех на виду не стали, направились прямиком в княжескую ложу. Баронесса, ободрённая уверениями эльфийской принцессы в том, что семья правителя государства то и дело будет появляться на представлениях, выделила отдельную ложу для именитых гостей.

Нас с Димирием и Эльзу с Лорианом позвала «в гости» та же Кирана, за сутки до спектакля приславшая приглашение.

Её высочество действительно сидела на своем месте. Её наряд, пышный, пересыпанный бриллиантами, призванный подчеркнуть достаток своей хозяйки, слепил глаза и явно выигрывал в глазах высшего света по сравнению с нашими с Эльзой скромными бархатными платьями, украшенными исключительно фамильными драгоценностями.

Сидевший рядом с Кираной мужчина заставил моё сердце бешено забиться. Вот же… Знала бы, сказалась бы больной!

— Вы великолепно выглядите, Вера, — повернувшись к нам, сообщил вместо приветствия лорд, как обычно удостоив вниманием только меня из всей четверки. Рядом ощутимо напрягся Димирий.

— Благодарю, Ваше Сиятельство, — я почтительно наклонила голову.

Поздоровавшись с принцессой, мы расположились в креслах за ней и драконом.

На сцене наконец-то показались актеры, спектакль начался. Первое действие прошло относительно спокойно, народ нормально воспринял идею с переодеванием, хотя в нескольких местах все же слышались возмущенные шепотки.

А потом… Потом началось второе действие… И зал взорвался негодующими криками. На сцене, в мужских брюках и явно мужской сорочке, за столом обедала графиня Оливия. Ей прислуживали молоденькие красавицы, одетые в короткие, до колен, бриджи. Ноги! Девушки показывали голые ноги! Прилюдно! Стыд и срам! Послышались хлопки сидений. Некоторые особо консервативно настроенные зрители решительно покидали это «гнездо порока». В следующих сценах Оливия то демонстрировала чересчур короткую причёску, то поворачивалась к поредевшему зрительному залу глубоким декольте, то вообще лежала в коротких шортиках на постели. И при этом у нее прослеживались явно мужские замашки! Герцог Орсино, наоборот, вышел женоподобным, скромным, зажатым, полностью попавшим под железную пяту своей будущей супруги. С каждой сценой зал пустел всё больше.