Вы же сами сказали мне подготовить анализ потенциала развития местной сети сбыта для товаров нашей фирмы, — и с этим анализом, к слову, я возилась всю неделю. Данные приходилось добывать самой, терроризируя наши отделы, ища аналитическую информацию в сети и строча запросы в архивы данных филиала компании в этом городе. Гайне мои анализы три раза рвал, а в четверг еще и тот разнос устроил, начав его как раз с неудачной четвертой версии моей работы. — Если наши возможные будущие партнеры смогут вам доказать, что имеют достаточно средств и возможностей для организации сети сбыта, то мы подпишем договор на пять лет на поставку продукции исключительно им по весьма выгодной для тех скидочной цене.
— Все верно. Переговоры будете вести вы, Валерия Николаевна.
— Я?! — всего одной фразой Виктор ввел меня в предобморочное состояние.
— Да. И окончательное решение о том, заключать договор или нет, тоже будет за вами, — жестко произнес Гайне.
«За что?!» — хотелось воскликнуть мне, но я промолчала. Начальник отдал приказ, его слово закон.
Но если я неправильно приму решение… на этом фоне меркнет даже ужас того, что буду в непривычной для себя роли большого начальника и придется постоянно держать удар, не показывая слабину оппонентам, которые наверняка сразу захотят проглотить неопытную девушку без реальной власти.
К слову, шокировал Виктор не только меня, но и представителей фирмы, с которыми мы будем вести переговоры. Никто не ожидал, что Виктор явится не со всем надлежащим пафосом на автомобиле, официально получив пропуск, а пешком, по — свойски пройдя мимо зевающего охранника, листающего журнал.
Я как человек, на которого возложено нелегкое бремя принятия решения, сразу поставила эпизод с охраной себе на заметку — кадровый отдел здесь плохо работает, а значит проблемы могут быть не только с охраной. Хотя, возможно, стоит предъявлять претензии начальнику охраны или просто случаю.
Люди суетятся, а мы с Гайне такие спокойные и неприступные. Как могу, изображаю из себя холодную безэмоциональную статую, но до уровня босса мне еще далеко.
Теперь я начинаю понимать, что режим статуи у Гайне это нечто вроде рабочего состояния, и если учесть, что работает шеф практически постоянно…
Виктор сразу обозначил позиции, что сегодня он в роли наблюдателя, все переговоры нужно вести только со мной и все решения принимаю только я. Семь человек, представители чужой фирмы, очень ласково стали мне улыбаться. Так, понятно. Договор этим людям очень важен.
