В восемь часов прибудут китайцы. На этом все, можете быть пока свободны.
Пока свободна?! Тихо паникую, но лицо держу. Развернулась и ушла. По идее надо бы задать уточняющие вопросы по поводу того, какая именно электронка — наша компания закупает в Китае огромный спектр продукции и реализует в России. От всякой мелочёвки и одежды до бытовой техники. Если брать все отчеты по электронике, это нужно тащить у финансистов целый архив бумаг. Но это ладно, есть у меня мысли по поводу того, как узнать, что именно нужно Чудовищу.
Еще было бы неплохо узнать, где мне найти приемную, которую надо подготовить к гостям, и как это лучше сделать. По прошлому рабочему дню поняла, что спрашивать у Гайне что‑либо бесполезно. Политика босса такая — раз я устроилась к нему работать, значит, я профессионал, и мне не нужно ничего разъяснять.
В первую очередь связалась с финансистами, ожидаемо, никого на рабочем месте еще нет. Стала вызванивать знакомую из этого отдела, надеюсь, она меня не проклянет за столь ранний звонок и просьбу приехать на работу пораньше… на пару часиков.
Адская работа. Но отступать некуда, мосты не сожжены, но пылают. На одном поджидает мой бывший начальник, на другом мачеха с сестренками, и ступать обратно я ни в коем случае не желаю, так что забыть о жалости к себе и приступать к выполнению заданий. Чудовище уверен, что я скоро сломаюсь, поскольку у меня нет достойного стимула — наверняка не поверил, что я здесь не только из‑за его величества.
К восьми утра чувствую себя как выжатый лимон, но приветливо улыбаюсь, с поклонами провожая китайцев и начальника в приемную.
В приемной уже ожидает переводчик. Узнав про регламент подобных встреч, уяснила для себя, что в 'подготовку приемной' входит еще и комплектация в лице переводчика. Хорошо, что у помощника акционера нашей компании довольно обширные полномочия, и я имею право с утра пораньше названивать с требованием срочно явиться на работу достаточно широкому кругу лиц, вплоть до начальников ключевых отделов.
Чудовище, проходя мимо меня, остановился, окинул взглядом приемную, наклонился ко мне и тихо сказал:
— А я смотрю, вы продолжаете упорствовать, Валерия Николаевна.
— Конечно, Виктор Эдуардович, работа очень интересная и насыщенная событиями, — не удержалась от сарказма. Когда меня будят рано, плохое настроение все‑таки прорывается наружу.
Виктор посмотрел на меня с интересом.
— Это вызов, Валерия Николаевна?
— Что вы, Виктор Эдуардович, — опустила взгляд в пол.
