Прекрасные дьяволы

 – И даже если бы они посмотрели в вашу сторону, то наверняка не поняли бы, что происходит. Все выглядело так, будто вы с Мэлисом просто разговаривали там, наверху. Может, стояли немного близко, но это все.

– Тогда как ты узнал? – возражаю я.

Он пожимает плечами.

Рэнсом произносит эту фразу как ни в чем не бывало, и это заставляет меня чувствовать себя обнаженной перед ним, ведь я знаю, что он прав. Я закрываю лицо руками и чувствую жар, исходящий от моих пылающих щек.

Проклятье. Как же легко им удается смутить меня.

– Я не должна была позволять этому случиться, – выпаливаю я, качая головой. – У меня наконец появился шанс начать все с чистого листа, и я должна им воспользоваться. Теперь у меня есть семья. Я могла бы стать частью целого нового мира. Такой жизни я хочу, и мне нельзя больше позволять чему-либо встать у меня на пути.

Из-за этого я себя и корила с тех пор, как Мэлис вломился в мою квартиру. С помощью Оливии я могу стать кем-то. Я могу что-то сделать со своей жизнью и оставить все плохое позади.

Но я продолжаю уступать этим парням. Уступать той части себя, что не может держаться от них подальше, той части, что жаждет их темноты.

Рэнсом ничего не говорит. Он просто кладет руку мне на колено, и это простое прикосновение словно открывает врата всего того, что копилось в моей голове и сердце с тех пор, как я встретила Оливию. Может, даже дольше.

Я глубоко вдыхаю, и Рэнсом проводит большим пальцем по моему колену, безмолвно успокаивая меня.

Последние слова звучат громче, чем хотелось, и мой голос эхом отражается от кафеля маленькой уборной.

Мое лицо снова заливает краска, и я хочу отвернуться от Рэнсома, смущенная тем, что выплеснула все это наружу. Но он просто нежно сжимает мое колено.

– Ангел, посмотри на меня.

Я качаю головой, уставившись в кафельный пол.

Рука на моем колене не двигается, но двумя пальцами другой руки он обхватывает мой подбородок и поднимает мою голову так, что наши взгляды встречаются. На его лице серьезное, почти сердитое выражение, так отличающееся от его обычной томной улыбки.

Я моргаю, глядя на него, и от удивления у меня слегка отвисает челюсть. Сердце по-прежнему грозится пробить грудную клетку, но теперь уже по другой причине. Эмоции снова переполняют меня, но на этот раз они не кажутся такими ошеломляющими.

– Я почти уверена, что никто из тех людей так не думает, – говорю я, издавая тихий смешок и бросая взгляд на дверь.

Рэнсом приподнимает бровь с пирсингом.