Прекрасные дьяволы

– Надо подъехать ближе, – говорю я Мэлису.

– Работаю над этим, – отвечает он, после чего выезжает на полосу прямо за машиной Гэлвина, по-прежнему сохраняя некоторое расстояние между автомобилями, но постепенно приближаясь.

Я слегка поворачиваю колесико настройки на приемнике, а затем киваю, когда из динамика снова звучит четкий и ясный голос Гэлвина. Похоже, сейчас он ругает бухгалтеров в целом, так что мы не так уж много упустили.

Нам нужно наладить сигнал, чтобы можно было слегка отстать и не бояться, что он заметит слежку.

Я начинаю возиться с устройством, которое дал нам Икс, как вдруг внутри машины Гэлвина происходит какая-то вспышка. Такая яркая, что ее видно даже через тонированные стекла.

Салон автомобиля начинает заполняться дымом, и машина резко сворачивает.

В приемнике раздаются крики, а затем запись обрывается.

Машина Гэлвина снова сворачивает влево и врезается в разделительную полосу. Затем переворачивается и приземляется прямо на нашей полосе.

Мэлис нажимает на тормоз, но уже поздно.

Мы едем слишком быстро, и все происходит, кажется, в одно мгновение. Мы врезаемся прямо в остов машины Гэлвина. Звуки скрежещущего металла и бьющегося стекла наполняют уши.

Удар сильный, и мое тело дергается, когда ремень безопасности туго натягивается на торсе. На мгновение я чувствую шок, часто моргаю, голова идет кругом.

Я чувствую себя почти так же, как когда отец держал мою голову под водой, и его приглушенный голос твердил мне о том, как найти в себе силы переносить боль.

У меня гудит в ушах, но я слышу, как кто-то говорит, однако звук такой же приглушенный, недосягаемый.

На мгновение я снова становлюсь тем испуганным мальчишкой. Легкие горят. Я борюсь с необходимостью глотать воздух, мою голову удерживает кто-то больше и сильнее меня. Просто считаю секунды и бешеный стук своего сердца, пока мне снова не разрешат дышать.

Затем чья-то рука опускается мне на плечо и настойчиво трясет.

Это Рэнсом, он выкрикивает мое имя.

Я моргаю, стряхивая с себя оцепенение, хотя в ушах у меня все еще звенит.

– Вылезай из чертовой тачки! – кричит Рэнсом, и я киваю, распахивая свою помятую дверцу и выскальзывая наружу.

– Мэл? – зовет Рэнсом, тоже выбираясь.

– Тут. – Голос Мэлиса напряжен. – Черт… мне вроде помощь нужна.

Рэнсом распахивает дверцу со стороны водителя и матерится.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, и вижу Мэлиса, наполовину обмякшего на водительском сиденье.