Он шепнул ей что-то, чего я не расслышала. Она ударила его, а он… улыбался. Что это может быть?
— Хм, — это все, что он ответил, сохраняя нейтральное выражение лица.
— Что это за ответ такой?
— Просто держись подальше от их прелюдии.
— Прелюдии? О чем ты, черт возьми, говоришь?
— Возможно, ни о чем, — он прижимает меня к своей твердой груди. — А теперь, если можно, удели мне внимание.
Я улыбаюсь.
— Я всегда уделяю тебе внимание.
— Еще бы, — он поднимает мой подбородок. — Мне нужен настоящий поцелуй.
И его губы поглощают мои.
Я полностью забываю, что мы в общественном месте.
Он становится всем моим миром.
А я — его.
Эпилог 2 Кейн
Год спустя
Мое сердце бьется ровно, пока я прячусь в тени роскошного сада моей матери.
Здесь никого нет.
В саду.
И в доме.
Я прогнал весь персонал и охрану после того, как мать уехала в международную поездку по делам благотворительной организации, которой она сейчас посвящает большую часть своего времени и денег.
Но Далия об этом не знает.
Она думает, что у нас семейный ужин, и, вероятно, наряжается, чтобы выглядеть как можно лучше.
Но у меня для нее сюрприз.
Сад окутан глубокой тишиной, а я терпеливо жду.
Земля покрыта снегом, белый покров смягчает очертания каменных фонарей и мостиков, превращая острые края пруда в пологие холмы.
Голые ветви вишневых деревьев тянутся к темнеющему небу, их костлявые очертания вырисовываются на фоне углубляющихся оттенков индиго и фиолетового.
Вдали скрипят шины на гравии, и я слышу ее тихий голос, едва различимый на ветру, когда она, вероятно, благодарит Самуэля и задает ему кучу вопросов.
Он ненавидит, когда она донимает его расспросами.
А ей, кажется, нравится подначивать его.
Шины снова визжат, и Самуэль исчезает, как и остальные слуги.
Так что остались только мы.
Я задерживаюсь за высокой черной сосной, ее иголки покрыты инеем, и она обеспечивает мне хорошее укрытие. Каждый вздох — это резкий вдох ледяной свежести, которая наполняет мои легкие, а затем вырывается слабым облачком.
Хруст сапог по снегу доносится до меня, прежде чем я разглядываю ее силуэт.
Далия укутана в бежевое зимнее пальто, а голову укрывает меховая шапка, но ее каштановые локоны ритмично прыгают по плечам.
Вдоль извилистой тропинки, по которой она идет, мерцают фонари, их теплое сияние отбрасывает длинные тени, танцующие по снегу. Она останавливается у неподвижного пруда с карпами кои, на краях которого образовалась тонкая ледяная корочка, и машет им рукой.
— Привет, ребята.
