Это… то, что между нами, – продолжила она, указав рукой на себя и меня, – это не я! Когда я с тобой, то как будто превращаюсь в другого человека, и это ужасно! Я так больше не могу, Беннетт. Мне не нравится то, во что я превращаюсь. Я много работаю. Я забочусь о своей карьере. Я умна. Но все это потеряет значение, если люди узнают о наших с тобой отношениях. Пойди и найди себе другую.
– Я уже говорил тебе. Я не был ни с одной женщиной, кроме тебя, с тех пор, как у нас это началось.
– Но это не значит, что ты бы не взял ключ, если бы его вложили тебе в руку.
Что бы ты сделал, если бы меня там не было?
Без всяких колебаний я ответил:
– Вернул бы его.
Она только рассмеялась в ответ, разумеется, не поверив.
– Послушай. Я очень устала от всего этого. Сейчас я просто хочу принять душ и лечь в постель.
Было почти невозможно уйти от нее и оставить вопрос неразрешенным, но Хлоя уже отвернулась и включила душ. Я сделал шаг к двери, но в последнюю секунду оглянулся. Она стояла там, окруженная паром, и смотрела мне вслед с той же нерешительностью, какую ощущал и я сам.
Не раздумывая, я пересек комнату, взял ее лицо в ладони и притянул к себе. Когда наши губы встретились, она побежденно и глухо застонала, и ее пальцы немедленно нырнули в мои волосы. Я поцеловал сильнее, присваивая ее стон и дыхание, ее губы и ее вкус.
– Давай объявим перемирие на одну ночь, – сказал я, трижды целуя ее в губы – в каждый уголок и один раз, сильнее, в самую середину. – Просто отдайся мне на одну ночь, Хлоя, целиком, не сдерживая себя.
Пожалуйста. Я оставлю тебя после этого в покое, но я не видел тебя почти две недели и… мне просто нужна эта ночь.
Несколько мучительных мгновений она смотрела на меня, явственно борясь с собой. А затем с тихим, молящим звуком подняла руки и притянула меня к себе, встав на цыпочки, чтобы быть как можно ближе.
Мои губы были неподатливыми и жесткими, но она не отстранилась, вжимаясь в меня всеми изгибами тела. Все исчезло, кроме нее. Мы врезались в стену, в раковину, в дверцу душа, стремясь как можно быстрее добраться друг до друга.
Ванную полностью окутал пар, и все казалось призрачным. Я мог обонять и осязать Хлою, ощущать ее вкус, но и этого было мало. Наши поцелуи делались все глубже, наши движения хаотичней. Я хватал ее за ягодицы, за бедра, сжимал ее груди – мне нужно было ощущать каждую частицу ее тела. Она прижала меня спиной к стене, и волна тепла окатила мои плечи и грудь, и я немного пришел в себя. Не раздеваясь, мы очутились под душем.
