Намотав пряди на кулак, грубо потянул мою голову в сторону, добираясь до шеи. Горячие, влажные поцелуи усыпали спину и плечи. Там, где он прикасался, по коже словно бежали электрические искорки. Опустившись на колени, босс сжал мои ягодицы и впился зубами в плоть, после чего снова встал на ноги. Я громко охнула.
Боже правый, откуда он знает, что надо со мной делать?
– Тебе это понравилось? – Его пальцы мяли и теребили мою грудь. – Понравилось, когда тебя кусают за задницу?
– Может быть.
– Ты очень грязная, развратная девчонка.
Я вскрикнула от неожиданности, когда его ладонь громко шлепнула по тому месту, которое он только что укусил, – а затем замычала от наслаждения. И снова охнула, когда его пальцы вцепились в тонкую тесьму моих трусиков и сорвали их прочь.
– Тебя ждет еще один счет, придурок.
Зловеще хмыкнув, он снова прижался ко мне. Прохладная стенка лифта у самой груди заставила меня задрожать и вспомнить об окне в тот, первый раз. Я уже успела забыть, насколько мне понравился этот контраст: холодное с теплым, твердая стена и его тело.
– Оно того стоит, до последнего пенни.
Его рука, скользнув по моей талии, опустилась на живот и ниже, пока пальцы не легли на клитор.
– Думаю, ты носишь эти штучки только затем, чтобы подразнить меня.
Был ли он прав? Заблуждалась ли я, думая, что надеваю их для себя?
От равномерного движения и давления его пальцев тело заныло. Меня пронзило желание. Опустив пальцы ниже, он остановил их прямо напротив входа.
– Ты такая мокрая.
Боже, ты, наверное, думала обо мне все утро.
– Пошел к черту, – прорычала я, когда его палец наконец-то проник внутрь, прижимая меня к нему.
– Скажи это. Произнеси это вслух, и я дам тебе то, что ты хочешь.
Второй палец присоединился к первому. Ощущение было таким острым, что я вскрикнула.
Я мотнула головой, однако тело вновь меня предало. Его голос звучал так жалобно: хотя слова были дерзкие и повелительные, но тон – умоляющий. Я закрыла глаза и попыталась собраться с мыслями, но это было невозможно.
Ощущение его одежды, прижавшейся к моей обнаженной коже, звук его внезапно охрипшего голоса и его пальцы, скользившие во мне, – я была уже почти на краю. Второй рукой он ущипнул сосок сквозь ткань лифчика, и я громко застонала. Уже почти, почти…
– Скажи это, – прорычал он мне в ухо, лаская клитор большим пальцем. – Не хочу, чтобы ты весь день на меня дулась.
Тут я наконец сдалась и прошептала:
– Я хочу, чтобы ты вошел в меня.
