Джоэл, который был в принципе неплохим парнем, но который хотел отнять ее у меня. Этой картины оказалось достаточно, чтобы я усилил толчки.
Ее приглушенные стоны заставили меня улыбнуться, и я наградил ее, ускорив темп. Какая-то извращенная часть меня ощутила злорадное удовлетворение, когда Хлоя, подавившись, замолчала. Она задыхалась, ее пальцы отчаянно искали опору, а мой твердый член орудовал внутри нее – и становился тверже с каждой ее попыткой издать хоть какой-то звук.
Глухо шепча ей на ухо, я спрашивал, хочет ли она, чтобы я ее оттрахал.
Я спрашивал, нравится ли ей, когда я говорю непристойности, когда я веду себя как зверь, трахая ее так сильно, что у нее должны оставаться синяки.
Она выдавила «Да», а когда я начал двигаться еще быстрей и сильней, стала умолять о большем.
Бутылочки и пузырьки на столе звенели и падали от наших толчков, но мне было начхать. Схватив Хлою за волосы, я потянул ее к себе, прижав спиной к своей груди.
– Думаешь, он может заставить тебя чувствовать это?
Я продолжал вгонять в нее член и одновременно заставлял смотреть в окно.
Я понимал, что падаю в пропасть. Стены рушились вокруг меня, ну и что с того? Мне нужно было, чтобы, лежа сегодня ночью в постели, она думала обо мне. Я хотел, чтобы она чувствовала меня, когда закроет глаза и начнет ласкать себя, чтобы вспомнила, как я ее трахал. Свободной рукой я обхватил ее грудь и принялся выкручивать соски.
– Нет, – простонала она. – Такое – никогда."
"Я просунул руку ей под колено и поднял ногу на стол, расширив вход, чтобы проникнуть еще глубже.
– Ты чувствуешь, что сделана словно под меня? – прорычал я ей в шею. – Мне так хорошо. Когда пойдешь вниз, я хочу, чтобы ты это помнила. Чтобы помнила, что ты со мной делаешь.
Ощущения становились слишком сильными, и я понимал, что уже близок. Я совершенно погиб. Я жаждал ее, как наркотика, и это чувство поглощало все мои мысли. Взяв ее ладонь в свою и сплетясь с ней пальцами, я поднес обе наши – ласкающие, дразнящие – руки к ее клитору.
Скользя внутри нее, я застонал.
– Ты его чувствуешь? – прошептал я ей на ухо, раздвинув наши пальцы так, что они были теперь по обе стороны от моего члена.
Она развернула голову и всхлипнула мне в шею. Но мне нужно было, чтобы она молчала. Отпустив ее волосы, я мягко прикрыл ей ладонью рот и поцеловал в разрумянившуюся щеку. Хлоя что-то приглушенно выкрикнула, быть может, мое имя, а затем ее тело напряглось и плотно сжало меня.
