Прелестная дикарка

При этом не забыл позвать с собой Элдру и ее мужа.

— Поехали отсюда. Нам придется поискать другое место. Моей дочери и зятю нужно поговорить.

Элдра не заставила себя упрашивать. Схватив Малыша за руку, она потащила его к коню. Шинейд заметила облегчение на лице своей кузины. Она знала, что девушка будет рада, если она вернется к своему прежнему облику. То, что Элдра приехала от своих новых родственников в платье, было временным изменением. Очевидно, она предпочла более традиционное одеяние для встречи с семьей своего мужа.

Но сбросила его тут же по приезде в Шеруэлл. Шинейд знала, что Элдра и от нее ожидала того же. Она будет вне себя от счастья, когда ее приятельница вернется к обычной жизни. Обе пары исчезли с поляны так быстро, словно их здесь вообще не было.

Шинейд взглянула на своего мужа. Он стоял и прислушивался к стуку копыт. Лишь убедившись, что они и в самом деле остались одни, Блейк расслабился, а затем удивился, увидев, что все еще не убрал меч. Он бросил его рядом с одеялом, на котором стояла его жена, и молча подошел к ней.

— А теперь, — сказал он, глядя ей в глаза, — как я говорил ранее, когда нас так беспардонно прервали…

Он мягко взял ее лицо в свои ладони.

— Шинейд, ты нравишься мне такая, какая есть! Тебе не надо меняться. Я не хочу жеманную, обшивающую меня жену, так же как не хочу носить кривые сорочки оставшуюся часть жизни.

— Ты не хочешь, чтобы я для тебя шила и делала все то, что делают остальные жены? — Она была в ужасе. — Но ведь все делают это для своих мужей и…"

"— Пусть делают, — перебил ее Блейк.

 — И мужья обычно это приветствуют. Но у меня достаточно слуг, чтобы обеспечить меня всеми этими вещами. Я хочу, чтобы ты была моей женой, а не служанкой.

— Но если я не буду все это делать, то чем же мне заняться?

— Быть самой собой: сильной, храброй, изящной, как кошка, откровенной, умной, прекрасной… — Блейк прервался, когда увидел в ее глазах слезы. — Ты плачешь? — спросил он с тревогой.

— Нет, — стала отрицать девушка, вытирая слезы тыльной стороной ладони.

Затем беспомощно добавила: — Ты делаешь мне комплименты, а раньше никогда не говорил ничего подобного. Я думала…

Блейк сухо улыбнулся и сам вытер ей глаза. Для мужчины, привыкшего иметь дело с женщинами, он сделал это слишком неумело.

Вздохнув, он покачал головой.

— Шинейд, все, что я сейчас сказал, были не комплименты. Это была правда. Я ведь давал обет говорить тебе только правду.

— А разве комплименты — это не правда?

— Нет.