- Что – то не припомню, чтобы она хотя бы раз упоминала вас в разговоре. Вы точно были друзьями?
Непроизвольно, даже не стараясь, по видимому попадаю в самую точку. На мгновение его лицо болезненное выражение принимает, следом вновь возвращается к холодной нейтральности.
- Давно хотел посмотреть, кто же смог лёд весь растопить, а тут случай представился. Живя у родителей, после общения с тобой, Юля счастливой не выглядела, - он сухо констатирует факты, от которых мне становится неприятно. В первую очередь от себя.
После переезда Юля потихоньку идет на контакт, рассказывает о себе, если попросить. Дается ей это с трудом. Привыкнув полагаться только на себя крайне тяжело подпустить к себе кого – то близко. Ознакомившись с архивными материалами уголовного дела, возбужденного после аварии, я понял её причины её страхов в отношении меня, и моих коллег в целом. Столько грязи поискать ещё надо. Ни о какой адвокатской этике речи не шло, намеренно и методично добивали и без того не сопротивляющуюся девочку, хотя ситуация этого и не требовала.
Про этого она тоже рассказывала. Ничего криминального, но в целом – урод. Обвинить девочку, только что ребенка потерявшую, что это из – за её капризов и нетерпения всё случилось… Так себе мужской поступок.
- Посмотрел? – произношу равнодушно. – Мне ехать к Юле пора.
- Не тащи этого в ваш дом, - резко тему меняет, кивком указывая на заднюю дверь машины, за которой Дан спит. – Не совершай ошибок моего брата. Твой друг быстро поймет что к чему. Веселиться хорошо с веселыми, раскрепощенными девками, а жить приятней с другими, - видя его впервые, понимаю, что он о Юле вещает.
В груди огонек ревности в огромный пылающий шар превращается. Отчетливо понимаю, по какой причине муж Юли перестал с братом общаться. Сходу ясно становится. Как Юля за столько лет сама причину не поняла? У сученыша по глазам читается всё.
Перед мысленным взором яркой картинкой сознание воссоздаёт прошлое Юли. Злоба и враждебность, которые бесспорно Максим испытал в тот момент, вспыхивает и во мне.
И часа не прошло, как я брату высказал свою точку зрения относительно его связи с подругой бывшей жены. Здесь же ситуация хуже в разы.
Спустя минут пятнадцать мы уже сидим с Михаилом в баре на первом этаже всё той же «Темной стороны». Непонятно как так вышло при наличии острой неприязни друг к другу.
Перед тем как войти в заведение, проверил Богдана, не хватало того чтобы душу испустил. После возвращения в Россию он так и не пришел в норму.
