Арч озабоченно вскидывает брови, и это напоминает мне о том бедняге, которого я чуть не довела до сердечного приступа на краю обрыва.
Он опускает голову на звук вибрации.
– Ты в порядке? – спрашивает он, и его голос, кажется, становится еще тише.
Я все больше устаю от этих обеспокоенных взглядов, но все же они ощущаются как спасательные круги. Как будто, если со мной что-то случится, люди, заметившие мое странное поведение, смогут это подтвердить.
У Арча возьмет интервью репортер новостей и тот расскажет, как меня напугало текстовое сообщение.
Историю строителя, который чинил мое крыльцо, передадут в эфир и ее будут обсуждать неделями. О девушке, которая стояла на краю обрыва и, казалось, собиралась прыгнуть, а потом чуть не сорвалась.
Все это расскажет о том, что у меня был преследователь. И что полиция отмахнулась от меня, когда я заявила о розах, которые он оставлял в моем доме. Но для следующей девушки, которую будут преследовать, это ничего не изменит.
Это никогда ничего не меняет.
В конце концов я превращусь в частичку статистики и так и останусь ею. Красивой девушкой, которую преследовал какой-то сумасшедший. И никто не потрудился помочь, пока не стало слишком поздно.
– Я в порядке, – выдавливаю я из себя сквозь натянутую улыбку. Она кажется деревянной и неискренней, но, тем не менее, это срабатывает. Лицо Арча расслабляется, и беспокойство исчезает.
Или, скорее, он просто пропускает это мимо ушей, потому что на самом деле ему все равно.
– Хочешь уйти? – шепчет он, и его голос теперь полон обещаний и намерений. Его нижняя губа прячется за белыми зубами, и это действие говорит само за себя.
Слово «нет» крутится на кончике моего языка, словно маленькая балерина, неуверенно танцующая на краю, в опасной близости от того, чтобы сорваться вниз и сломать себе лодыжку. Потому что если я скажу «нет» этому мужчине, то проведу остаток своей ночи – неделю, а возможно, и больше – сожалея об этом.
Ненавидя себя за то, что позволила какому-то уроду управлять моей жизнью и лишить меня приятного времяпрепровождения с восхитительным мужчиной.
Он красив, его окружает ореол тьмы, манящей и аппетитной, как шоколадный торт. Есть надежда, что ночь с ним я завершу будучи полностью удовлетворенной.
А что, если это перерастет в нечто большее? Что, если я скажу «нет» чему-то прекрасному? Это лишь надежды и грезы маленькой девочки, но я все равно не могу не думать о них.
