В отличие от сына, он бегом промчался в подъезд.
Капитан остановил запись.
— Вот, собственно, и все, — констатировал он без особого энтузиазма. — Время перемещения соответствует их собственным показаниям. Никаких разночтений не выявлено.
Я задумчиво кивнула и задала вопрос, который попросту не могла не задать:
— Скажите, а что вы думаете по поводу внука? Я имею в виду Александра Солодовникова.
Капитан мгновенно уловил, к чему я клоню, и отрицательно покачал головой.
— К тому моменту, когда внук заходил в подъезд, Солодовникова была мертва уже более часа.
Это установлено нашими экспертами.
— А эксперты не могут ошибаться?
— Обижаете, Татьяна Александровна! — Белояров и впрямь выглядел обиженным.
— Но ведь вы наверняка рассматривали эту версию одной из первых, — продолжала я примирительным тоном, дабы успокоить капитана.
Тот не стал спорить.
— Отчасти вы правы. Конечно, мы тщательно опросили внука Солодовниковой, ведь именно он обнаружил тело. Ну и, как вы, конечно же, понимаете, мы исследовали его одежду и обувь.
Ничто не указывает на то, что именно Александр Солодовников покусился на жизнь собственной бабушки. А сопоставив это со временем наступления смерти, мы полностью исключили его из списка подозреваемых. Как, собственно, и сына погибшей. Они оба здесь ни при чем, — решительно заключил Белояров.
— А орудие преступления?
— Преступник забрал его с собой, — отозвался капитан. — Мы тщательно обыскали квартиру, но ничего похожего не обнаружили.
Вообще никаких следов. Ни единой зацепки. Хоть к экстрасенсам обращайся…
Капитан замолчал, нахмурившись.
— Ну хоть какие-то предположения у следствия есть? — мне не хотелось уходить от следователя, что называется, с пустыми руками. — Например, каким образом убийца проник в подъезд? Может, он уже был там заранее, например прошел через чердак и тем же способом вышел? Или пару дней отсиживался у кого-то в квартире и теперь продолжает там же прятаться.
Капитан с интересом посмотрел на меня.
— Чердак мы проверяли, только это ничего не дало. А насчет того, что преступник отсиживается у кого-то из жильцов… Интересная версия, хотя и плохо поддающаяся проверке. Вы полагаете, у преступника есть сообщник, кто-нибудь из соседей погибшей?
Откровенно говоря, я и сама не знала, что тут можно полагать.
— Не знаю, — искренне ответила я, — но полностью исключать этого тоже нельзя. К тому же это действительно мог сделать кто-то из соседей.
