Мало ли дачников, бросающих на произвол судьбы своих питомцев, которые потом дичают и создают массу проблем добропорядочным гражданам.
Открыв глаза, я посмотрела по направлению доносящегося звука. Я не отношусь к слабонервным натурам, но то, что я увидела, буквально заставило меня подпрыгнуть.
Ко мне приближалось косматое чудовище, лохмы бурых волос скрывали глаза, и я могла разглядеть лишь ярко-накрашенные губы, искаженные каким-то жутким изгибом. Именно из этого сведенного судорогой рта и лились, не прекращаясь, эти странные звериные звуки.
Поскольку силуэт чудовища также напоминал женский, я пришла к выводу, что передо мной все же человек, причем женского пола.
Мое сознание отказывалось назвать женщиной это преисполненное агрессии существо, выставившее вперед руки со скрюченными пальцами, увенчанными ярко-красными невероятно длинными ногтями, скорее напоминавшими когти хищной птицы.
Соображаю я быстро, поэтому за долю секунды пришла к выводу, что передо мной молодая супруга Олега Алла.
Причем знакомство с ней в данный момент не сулило мне ничего хорошего. Под угрозой находились мои глаза, лицо, к тому же я не без оснований опасалась лишиться значительной части волос.
— Так вот как он здесь готовится к очередному процессу, — тихонько провыло существо. — Работает с материалами дела… Вижу-вижу, какие у него материалы… Сейчас я этим материалам качество подпорчу.
Под конец своей тирады существо издало отчаянный полувопль-полувой и кинулось на меня, выставив вперед руки с по-прежнему скрюченными пальцами.
Однако для того, чтобы меня атаковать, недостаточно быть просто ослепленной ревностью и преисполненной яростью молодой женщиной. Надо было еще обладать высокопрофессиональными бойцовскими навыками.
Жена Солодовникова боевыми искусствами не владела, поэтому шансы на победу в поединке со мной были у нее весьма сомнительными. Чтобы быть точной, скажу без ложной скромности, что их не было вовсе.
Я выполнила захват и надежно блокировала отчаянно рвущуюся на свободу разъяренную молодую женщину.
"
"Делая безуспешные попытки освободиться, Алла не переставала орать, издавая в основном нечто нечленораздельное. Однако временами сквозь этот жуткий визг и вой прорывались отдельные восклицания, при этом чаще всего слышалось: «Кобель!..», «Я устрою!..», «Работа у него…», «Тварь, ненавижу!..» При этом Алла, не прекращая орать, брыкалась и пыталась вырываться.
