Превосходство Пробужденного. Том 3

Вот он только что стоял под дождем, а вот его уже нет.

Искажение. Мираж. Как с зеркалами. Судя по всему, капли воды как-то изменяют свою структуру, отражаясь друг от друга и скрывая моего противника из вида. В Варгоне некоторые мастера плетений умеют так делать.

Игла устремляется мне за спину и с жалобным стоном ударяется в водную преграду, превращая ее в лед. Парящая морозом глыба падает, рассыпается на мелкие осколки.

Резко оборачиваюсь. Вода, защитившая зама будто живет своей жизнью и готова защищать его любой ценой.

Георгий Александрович материализуется из воздуха, с каким-то жалостливым видом смотрит на лёд под ногами.

— Какое мастерство и… бессмысленная жестокость. Ты целился в шею. Хотел убить, — поднимает взгляд. — Достаточно, Константин. Ты был интересным учеником, — грустно ухмыляется. — Можно сказать, стал моим любимчиком. Но об этом уже никто не узнает. И… прости меня. Я больше не могу тебя покрывать. Устройство в твоей шее было твоей последней защитой и моим оправданием перед начальством.

Магнар оказал тебе медвежью услугу, когда вытащил его.

Сердце пропускает удар в тревоге. Чувствую себя кроликом в пасти льва.

С хрустом сжимаю зубы, но… поздно.

Я не успеваю даже моргнуть, не то, что задержать дыхание. Оказываюсь в водяной сфере. Меня сдавливает со всех сторон. Вода тяжелеет, сгущается, как кисель. И словно этого недостаточно. Она еще и нагревается.

Во имя Шиилы… Он слишком… силен.

Уши Альва улавливают заглушенный голос:

— Не сопротивляйся, Константин. Вдохни… пусти воду в легкие.

Так будет легче. Все пройдет быстро. Безболезненно. Прости, но я не могу манипулировать кровью одаренных, чтобы облегчить тебе смерть. Но это самое безболезненное, что я могу тебе дать. Прости…

Прости! Прости! Прости! Хватит ныть! Ты мужик или подстилка?! Если убиваешь, то убивай без этого нытья!

Отсчет идет. Последние секунды своей жизни я не отдаю впустую, пытаюсь вырваться. Паскудная желеобразная жижа настолько вязкая, что я еле-еле могу двинуться.

В глазах темнеет. Двигаясь, я только ускоряю свою смерть.

Расслабляюсь, закрываю глаза. Концентрируюсь. Так я смогу продержаться пару минут. Потом задохнусь…

У меня есть еще пара минут, чтобы подумать…

Погружаюсь во мрак. Но слышу голос Георгия Александровича.

— Перестань, Константин. Я видел тебя в бою с Патриком и знаю, как ты умеешь задерживать дыхание. Меня этим не проведешь. Не сопротивляйся, прошу тебя.

Запрещаю своему мозгу прокручивать последние моменты своей жизни перед смертью. Нет.