Превосходство Пробужденного. Том 3

Это как в захолустной деревеньке вокруг хлева с козами воздвигнуть пятиметровый забор с колючей проволокой. Разумеется, каждый крестьянин захочет узнать, что за козы там пасутся.

По возвращению в свою комнату, я ожидал, чего угодно, но не заставленной едой стол и Аннету в строгом платье, но стянутыми для эротичности плечиками. Вместо света — свечи и благовония.

В тусклом свете я замечаю легкий румянец на супруге.

— Решила отблагодарить мужа за спасение, — говорит она.

Сажусь, рассматриваю еду. Названия половины еды я не знаю.

— Тут… — указывает пальчиком на разномастные яства. — Ризотто, лазанья, антипасто, тальятелле с соусом болоньезе…

Смотрю на спагетти с сыром и кетчупом:

— Тальятелле! Паста с томатным соусом, базиликом, оливковы…

— Макароны с кетчупом, — улыбаюсь во все лицо.

По Аннете заметно, что я до глубины души оскорбил ее итальянскую натуру. Примирительно хмыкаю:

— Хорошо, тальятеллы, так тальятеллы.

— Некультурно задавать девушке такие вопросы, — надувает щеки Аннета.

Кладу ладонь на руку девушки на столе. Она вздрагивает, смотрит на меня, краснеет еще сильнее. Спрашиваю:

— Я пробуждаюсь. И сейчас это очень невовремя.

Недолгая пауза. Насколько я помню, в завещании отца Аннеты указано, что она получает всё после совершеннолетия и пробуждения.

— Сестрой. Мать у меня вспыльчивая, но больше болтушка. Сестра же может сделать, что угодно. Она потеряет все, когда я пробужусь.

— А что тебе мешает разделить наследство с ней?

— Ни за что! — резче, чем следовало бы, отрывает руку Аннета. — Отец этого бы не хотел! Они его ненавидели, выживали со света! Он поэтому так поступил! Мне плевать, что с ними будет!

— Тихо, не кричи. Значит ты хочешь, чтобы я тебя защитил от них?

— Почти. Ну… наверное, да.

Недолгая пауза. Наматываю на вилку «макароны с кетчупом», терпеливо пережевываю, спрашиваю:

— Ты же помнишь нашу договоренность?

Может, мне и кажется, но Аннета говорит с толикой сожаления:

— Фиктивный брак, ага.

— Я тебе защищаю, но пользуюсь всеми твоими привилегиями аристократского титула. А таже твоим имуществом. Я не прошу тебя переписывать все на меня, но если я скажу что-то продать, сдать, арендовать, потратиться и так далее, то ты это сделаешь… Отказываешься — мы расходимся.