Превосходство Пробужденного. Том 3

Если кто-то из них на меня, как это бывает у женщин, обидится, то это может обернуться проблемами. Именно поэтому я не выпускаю их из дома. Они предупреждены, что единственное непослушание, и они лишатся моей защиты.

— Все думают, что вы в свадебном путешествии… — слышу Акане. Ее голос спокойный, но от меня не скрыть тонких ноток ревности.

— Ага, — хмыкает Аннет. — Особенно мать. Говорят, сеструха отправила целую банду, чтобы меня найти. Киба, ты же их разнесешь, если что?

— Вряд ли, — пожимаю плечами, поднимаю кунай, привязываю его к нитям.

— Да-да, слышала уже. Да знаешь, я и не против. Тут спокойно, делаю что хочу. Всю жизнь бы тут просидела.

Как оказалось, у Аннет и правда большие проблемы в семье. Всех подробностей я из нее еще не вытянул, но то, что узнал, мне больше понравилось, нежели нет.

Немецкая семья Аннет родом из Европейского Кластера. Десять лет назад отец Аннет вынужден был без объяснения собрать семью и уехать в Россию, а через полгода погиб от клинка филзели.

После этого мать стала переоформлять на себя наследство, но узнала, что ее муж оставил все младшей дочери — Аннет Гвидиче. В наследие она должна вступить с условием, что пробудится до двадцати одного года. После такой замечательной новости, Аннет медленно и верно становилась чужой в семье. Стервозная сестра ее открыто невзлюбила, а мать съехала с катушек, обвиняя родную дочь в том, что та спала со своим отцом.

Разумеется, денег Аннет почти не давали, не говоря уже о том, чтобы посодействовать пробуждению.

Визга было столько, что слышала вся Москва. Именно поэтому у Аннет нет охраны и своей свиты. Зато… появился еще один претендент на наследие семьи Гвидиче — Константин Киба, взявший в жены Аннет Гвидиче. Но я, конечно, вслух об этом не говорю. Но если что-то случится с моей женой, то я вполне могу претендовать, если не на все, то на часть наследства точно.

И это вторая причина, почему я пошел на этот брак. Два замечательных преимущества и один маленький недостаток — теперь мамаша и сестрица Аннет ненавидят еще и меня.

Я двигаюсь. Руки вверх, ноги согнуты, торс расслаблен. Движения плавные, будто в воде. Вокруг меня вертятся ледяные мельницы. Первый танец неофита Альвов из семи и правда чем-то похож на агрессивный и одновременно умиротворенный танец.